Невыносимый

Мое платье собрано на талии, а лифчик валяется где-то на полу. Руки задраны над головой. Остатки белья разодраны в клочья. Я едва ли ощущаю собственные пальцы, с такой силой давит на мои запястья тот долговязый блондин. Мне больно? Лучше бы просто руки переломал. Или придушил. Ощущение вязкой слюны, оставшейся на обнаженной груди и горле душит похлеще. Тогда бы все это просто закончилось. Но нет. Не заканчивается. В отличие от моих сил. Хотя я и тогда не даюсь. Пинаюсь, выворачиваюсь, извиваюсь, истошно ору, прошу и умоляю. Тщетно. Лишь развлечение для них.

«Кричи громче, сучка», – веселятся они.

Их голоса застревают в моей голове. Вбиваются намертво. Остаются выжженным клеймом в мозгах. Не избавишься. Не тогда, когда двое из них сейчас стоят всего в нескольких шагах от меня. Они – стоят, да. А я – уже нет. Падаю не только в своих воспоминаниях. Наяву тоже ноги не держат. Колени подгибаются. Тот, кто рядом со мной, не успевает вовремя среагировать.

«Кричи громче, сучка», – все еще в моей голове.

Не разлетевшиеся отовсюду возгласы.

Зажмуриваюсь, обхватываю себя руками, от чужого прикосновения вся сжимаюсь, пытаясь унять беспощадный хаос в собственном сознании.

– Тая? – обеспокоенно зовет меня отец.

Кажется, не в первый раз. И не только он. Но я по-прежнему не воспринимаю, даже после того, как вновь смотрю на этот мир. Всех и вся заслоняет собой склонившийся предо мной Игнат. В отличие от остальных, ничего не спрашивает. Хмуро вглядывается в мое лицо, словно на нем все необходимые ему ответы и так уже написаны. Потянувшуюся ко мне ближе маму он просто отодвигает в сторону одной рукой, даже не глядя в ее сторону.

– Голова. Закружилась, – оправдываюсь жалким полушепотом.

Могла бы просто промолчать.

Да и моему мало внятному пояснению Игнат не верит. Слишком заметно дрожат мои пальцы, когда я цепляюсь за его плечо, едва он поднимает меня. И я малодушно утыкаюсь в него лбом, прячась от изучающих взглядов. Так спокойнее. Ровно до момента, пока не звучит насмешливое, с заметной долей цинизма:

– У Орловых еще пополнение ожидается, или просто твоя жена настолько в шоке от счастья?

Блондин. Тот самый. На звуке его голоса я замираю. Из последних сил уговариваю себя перестать паниковать, ведь я не одна. Игнат рядом. Он уж точно никому не позволит меня обидеть. Это помогает. Вдыхаю в себя побольше воздуха и чуть отстраняюсь, чтобы иметь возможность видеть окружающих. Но за пиджак Игната цепляться не прекращаю. Так спокойнее.

– Руслан… – растягивает, как на распев, прижавшаяся к мужскому боку миниатюрная шатенка и закатывает глаза. – Скажешь тоже…

Она дергает его за рукав в намерении оттащить подальше.