Обычная история

Просто потому что… ну, не знаю. Не поймут меня. Есть же стереотип о том, как должна выглядеть женщина успешного мужика? Представили? Так вот Таша — ее полная противоположность.

Берет сходу, горлом. Мну ее плечи, груди. Знаю, ей больно. Но она никогда не протестует. Подчиняется каждой прихоти. И от осознания того, что я могу с ней сделать все что угодно, фантазия разворачивается в полную мощь. Где у этой бабы предел, а?! Когда ее слюни текут по груди, а лицо покрывается красными пятнами от натуги, кажется, что его нет вовсе. Полное доверие. И готовность иди за мной, куда ни позову… Вот какого черта она не худенькая красотка? Хотя… Будь так, я бы, наверное, не испытал и сотой доли этого сумасшедшего кайфа. Сука, замкнутый круг.

С рыком кончаю Таше в рот. Жму на щеки, чтобы сглотнула.

По ее телу идет рябь. Она явно завелась от того, что делала, и хочет кончить. Но теперь, когда меня отпустило, доводить ее лень.

— Миш… — и опять на секунду в ее взгляде мелькает то самое… Что заставляет меня опуститься рядом, несмотря ни на что. Таша быстро разводит колени, будто боится, что я передумаю. Завороженно смотрю на ее раскрывшуюся сочную мякоть. Рот наполняется слюной. Но нет. Не сегодня. Блядь, я вообще хочу положить этому конец! Какой кунилингус, на хрен? Проталкиваю в нее три пальца и выжидающе застываю. Глаза Таши недоуменно расширяются.

— Ты что, Миш? — хлопает глазами.

— Двигай булками. Какой-никакой фитнес.

— Ненавижу тебя! — всхлипывает она, все же начиная раскачиваться на моей руке.

— Я сам себя ненавижу, Таш. Я сам себя ненавижу.

К удивлению, в ту ночь у меня получается даже уснуть. Будит меня щелкнувший замок и бодрящий аромат хорошего зернового кофе, который проникает в комнату на пару секунд раньше Валеева.

— Доброе. Как себя чувствуешь?

— Встать еще не могу, — сиплю я, бросая смущенный взгляд на заполненную банку, которую Таир приспособил мне под туалет. Сползти с кровати мне хватит сил, а вот дальше…

— М-м-м… А думаешь о чем? У тебя такое лицо, — протягивает мне чашку.

Закусив губу, неловко забираю свой кофе и встречаюсь с почти черным взглядом Таира Усмановича. Он еще не побрился — темная щетина проступает на смуглых щеках, волосы всклочены. И в кои веки на нем домашняя, превратившаяся едва ли не в марлю от многочисленных стирок футболка, которая только подчеркивает его богатырскую фигуру. Зависаю взглядом на его груди. Благо спину прошивает очередной стежок боли, и я со стоном откидываюсь на подушку, прежде чем успеваю выставить себя еще большей дурой, вот так беззастенчиво на него пялясь.

— О том, как ошибалась… — шепчу.

— И в чем же на этот раз?

Валеев подпирает задницей подоконник, расслабленно пригубляя свой кофе. Его красивые глаза смеются. И как будто подбадривают.