Огневица

Бледная Беляна глядела с полатей, прижимая к груди соломенную куколку. Глаза ее были круглые и серебрились, отражая лунный свет. Бояна успокаивающе улыбнулась дочке и сделала знак, чтобы девочка не высовывалась. Беляна растерянно прикусила губу, но попятилась в тень.

– А, так вот кто тут ворожбой балуется, про расплату не узнав! – загудела навья и двинулась к Любаве. Та завизжала и засучила ногами, уползая от приближающейся чуди, пока не уперлась спиной в стену.

– Сгинь! Сгинь, нечисть! Я все верно сделала!

Существо протянуло лапу и сорвало что-то с груди Любавы.

Бояна разглядела шнурок с узлом, невзрачный и серый, но Любава взвыла и потянулась за ним с таким отчаянием на лице, словно это была самая ценная ее вещь.

Навья между тем покрутила шнурок, царапая когтем узел.

– Верно-то верно, – прогудела она, – да только науз этот хитрый. И по тому бьет, кто ворожит, и по тому, на кого ворожба направлена. Теперь обе вы связаны, и связь не порушится, покуда одна не умрет. Молчи! – рыкнула тварь на открывшую рот Любаву, – она первая плату предложила. Можешь не прощаться, так пойдем.

– А что со мной будет? – тихо прошептала Бояна.

– А ты живи и радуйся. За то, что готова была собой за дочь заплатить, отпускаю тебя. Назавтра об этой – навья кивнула на Любаву – и не вспомните. Впрочем, если захочешь, можешь отыскать меня в лесу и службу сослужить. Тогда отпущу.

– Бояна, – взмолилась Любава. – Боянушка, дочка, – женщина сползла с кровати и встала на колени, да так и поползла к Бояне, норовя схватиться за подол ее рубахи, – Прости дуру грешную! Помоги мне, дочка!

– Ты пять весен на меня нож точила, – глухо отозвалась Бояна.

 – Вместе с ним и добро мое сточила. Сгинь!

Навья захохотала, схватила Любаву за волосы, топнула ногой и провалилась вместе с нею. Беляна скатилась с полатей и кинулась в материны руки:

– Мамочка, мне такой страшный сон приснился!

– Ничего, – Бояна крепко-крепко прижала к себе дочь, глубоко вдыхая запах ее волос. – Это был всего лишь сон.

Бояна приоткрыла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как мир вокруг пошел волнами, точно она оказалась под водой. Медленно истаял дом и разворошенная кровать Любавы.

Последней исчезла Беляна, доверчиво глядящая на мать, и сердце Бояны чуть не разорвалось от потери.

Когда мир снова стал прежним, Бояна оказалась посреди совсем другой избы. А напротив нее стояла беловолосая девушка в зеленом платье. Она мягко поглаживала ладони гостьи.

– Добро пожаловать в мой дом.

Храбр. Где-то в Нави

Храбр вышел на порог и потянулся до хруста, разминая спину.

Утренняя прохлада чуть пощипывала лицо, приятно освежая вспотевшее за ночь тело.