Огневица

Отчего-то та побледнела, и Бояна нахмурилась от непонятного чувства тревоги, накатившего на нее.

– Что-то не так? – позвала она подругу. Итрида глубоко вздохнула и помотала головой.

– Нет. Все в порядке. Идем.

– Бродяг не обслуживаем, – корчмарь, протирающий стаканы, мельком глянул на вошедших и вернулся к своему занятию. Мальчишка, скучающий в углу, встрепенулся, но, углядев, что хозяин к гостям даже не повернулся, снова сонно завозился, устраиваясь поудобнее и опустив подбородок на грудь.

Бояна, по-хозяйски оглядевшись и презрительно скривившись на бедное убранство корчмы, заняла лавку у ближайшего стола.

Храбр опустил возле нее мешок и направился к корчмарю. Когда он молча встал возле стойки, хозяин едальни какое-то время еще делал вид, что не замечает высокого бородатого парня, но наконец не выдержал и зло зыркнул из-под нечесаных патл:

– Я же сказал – бродяг не обслуживаем! Чего расселись? Тут честные люди отдыхать изволят. Забирайте своих подстилок и выметайтесь.

– А тебе чего? – запальчиво отозвался корчмарь. Но его рука дрогнула, и мужчина едва успел подхватить выскользнувший стакан.

 – Сколь надо, столь и стоим!

– Видно, не хватило того времени, чтобы научиться людей видеть. Вроде весен тебе уже довольно стукнуло. Никак ты раньше в лесной волости жил? Дворов на пять, не более.

Корчмарь сжал губы в полоску и ничего не ответил. Выпад Храбра достиг цели: видно было, что корчмарь и вправду лишь недавно выбрался на большой тракт, да только опыта не набрался, вот и судил по внешнему виду. Им, конечно, никто из шайки Итриды похвалиться не мог. Разве что в качестве ветоши для уборки.

Храбр меж тем выудил из кошеля серебряную монету и щелчком отправил ее прямиком в кружку, которую корчмарь так и не выпустил из рук.

Монетка ударилась о край, пробежала кругом и упала внутрь, звонко брякнув при встрече с глиняным дном. Корчмарь наблюдал за ее танцем как завороженный – а может, не хотел смотреть на Храбра, понимая свою ошибку.

– Ложницу на четверых. Четыре миски каши, краюху хлеба и четыре пшеничных.

– Кончилось пшеничное. Есть сидр и сбитень, – буркнул корчмарь.

– Значится, сбитень, – не стал спорить Храбр и отошел от стойки.

Итрида усмехнулась, когда вслед за Храбром кинулся мигом проснувшийся мальчонка-разносчик. Бояна неодобрительно покачала головой, но промолчала: после схватки с птицелюдами запала, чтобы проучить хама, у нее не осталось. И без того чуть не все ее тело саднило и тянуло от ударов и мелких ран.

– Что ты ему сказал? – полюбопытствовал Даромир у вернувшегося Храбра. Тот пожал плечами и сел на лавку возле Бояны, слегка коснувшись ее плечом.

– Покушать спросил и узнал, откуда парень родом.