Огневица

Не приведи Перкунас кмету сейчас увидеть ее глаза или руки – поднимет на уши всю волость.

– А ну как я тебя к голове отведу, посмотрим, как там запоешь, ворона! – мужчина качнулся к бродяжнице, пытаясь ухватить ее за рукав, но она увернулась и взмахнула полой куртки, перекрывая ему обзор. Когда черная ткань упала на место, возле кадыка и паха смельчака холодно светились в лунном свете два кинжала. Капюшон предательски сполз, и мужчина уставился Итриде в глаза.

– Огневуха, – выдохнул он, и его собственные очи превратились в блюдца. Итрида усмехнулась и прижала кинжал к его лицу.

Медленно, не отрывая взгляда от испуганных глаз, провела полоской стали по щеке, заросшей густой темной бородой, лишь в самом конце чуть изменив положение руки и позволив оружию надрезать край подбородка. Тонкая струйка крови весело сбежала по крепкой шее.

– И обереги тебя не спасут, – прошептала-пропела Итрида, любуясь ровной строчкой вышивки на вороте свиты. Когда-то и она умела класть такие стежки. Но куда лучше ей удавалась работа с ножом.

– Не губи, – захрипел мужик, порываясь упасть на колени. – У меня жена дома… Ребеночек две седмицы как народился.

Родители старые, а я один у них. Не губи, пани! Отпусти, я никому не скажу, что тебя видел! А хочешь – вот, возьми! Ты же за ним пришла, да? Ну дурень я, сразу не понял, что за ним! Возьми! Возьми, дурень я как есть, зря купился, знал же, что огненные камни не продаются, а все равно понадеялся… Возьми, только опусти, всеми богами тебя заклинаю!

Итрида слегка опешила от напора мужика, и впрямь рухнувшего на колени. Он шарил по своей одежде, точно искал в ней что-то, и бродяжница на всякий случай отодвинулась. Ей не хотелось оказаться вблизи, если кмет вдруг припрятал за пазухой мешочек жгучего перца или настойку разрыв-травы, способной при правильном заговоре и руку оторвать.

Но мужчина достал из-за пазухи нечто иное.

На его протянутой ладони тлел уголек. Поначалу именно так показалось бродяжнице, но, приглядевшись, Итрида поняла, что это всего лишь крохотный осколок какого-то камня. Он весь был иссечен жилами, как будто сердце живого существа, и жилы эти трепетали, словно и впрямь по ним бежала горячая кровь.

– Что это? – шепотом спросила Итрида. Камень манил не только ее: огненная волчица поставила уши торчком и вся подалась к камню, толкнув Итриду изнутри почти ощутимо.

Ее тоже тянуло к пульсирующему осколку. Волчица заскулила и рванулась еще раз. Итрида сдвинулась на длину ногтя, но и этого ей было довольно, чтобы испугаться. Что такого в этом камушке, что сила, живущая внутри нее, так к нему стремится?

К счастью или нет, но мужчина не услышал вопроса. Он продолжал протягивать камень, заискивающе поглядывая снизу вверх. Его побелевшие губы тряслись, словно он вот-вот заплачет.