Огневица

Впервые увидев брата и сестру рядом, Итрида невольно поразилась, до чего они похожи, хоть и не родные.

Позади Кожемяк темнели высокие тени, закутанные в спускающиеся до земли хламиды. Танцующее в чашах пламя высвечивало то острый клюв, то черные перья, то птичьи лапы вместо человеческих ног. Опаленные не стремились нападать, но даже их взгляды Итрида ощущала въяве, словно нечто мерзкое, склизкое и гнилое. Огневице показалось, что нарисованный волк на ее спине шевельнулся.

– Какой прием. Уж не для него ли вы меня принарядили? – первой нарушила тишину Итрида.

Огонь вкрадчиво проступил под ее кожей. Уловив отблески на лицах Кожемяк, Итрида поняла, что ее глаза засветились.

– Что же ты раны свои не стала смазывать? Глядишь, и огонек бы потушила. А то вдруг обожжешься, – прищурилась Кажена.

– Я проверенные средства предпочитаю. Мало ли чего ты туда намешала.

– Тогда гаси сама, – приказала дочка купца.

– Иначе что? – бродяжница подняла руку и зажгла лепесток пламени на ладони, а после позволила ему вытянуться в маленькую змейку и скользнуть вокруг запястья. Опаленные тихонько закаркали; лишь выражение лица Казимира не изменилось.

– Иначе худо будет твоим друзьям, – Кажена торжествующе улыбнулась. Итрида почувствовала, как все внутри нее оборвалось. Она опустила руку и глубоко вздохнула, загоняя огонь туда, откуда он явился.

– Ты не смогла бы до них добраться. Их защищают рудознатцы и берегут чары самовил, – все же возразила бродяжница, не желая верить брехливой девице.

– А мне и не пришлось, – в улыбке Кажены горело торжество. – Вы были настолько глупы, что сунулись во владения народа, для которого самовилы равны богам. Как думаешь, чью просьбу старейшина Дваэлис выполнил охотнее – крылатой девы или Мария Болотника?

Кажена впивалась взглядом в лицо Итриды, и ее глаза вспыхнули злобной радостью, когда Огневица осознала, что старый орел их предал.

– Ой, ты что, всерьез думала, что я не узнаю Главу Школы Дейва? – продолжала потешаться Кажена. Она вскинула брови и прижала тонкий палец к щеке, зацокав языком. Потом опустила руку, и ее взгляд стал острым, как нож. – Надо же, и правда думала. Впрочем, чего еще ждать от простой кметки? Ты ничем не заслужила подарок судьбы. Он достался тебе по чистой случайности!

Кажена в несколько быстрых шагов оказалась перед Итридой, и бродяжница едва сдержалась, чтобы не отступить – столько ненависти горело в глазах дочки купца.

Кажена стиснула ворот Итриды и притянула ее так близко, что бродяжница ощутила на лице ее дыхание – девушка пахла вином и какими-то снадобьями, которых Итрида не смогла распознать.

Кажена намеревалась сказать что-то еще, но Итрида взяла ее за запястья и стиснула пальцы. Кажена тихо вскрикнула.