Охота вслепую

Впрочем, в открытую этого отношения никто никогда не выказывал, потому что необыкновенная физическая сила сержанта, потом старшего сержанта, потом старшины и, наконец, младшего лейтенанта Юрьева была известна всем. Добродушные подколки и шуточки-прибауточки кому-то могли сойти с рук — но лишь тем, кого Юрьев числил в своих приятелях. Другие же не рисковали, зная о его необузданном, часто свирепом нраве, неожиданно взрывавшем корку его обычно невозмутимого добродушия…

Но все же в один прекрасный день терпение Степана лопнуло. И он написал рапорт начальнику Ленугро — не столько даже сухую служебную записку, сколько проникновенное письмо: мол, либо дайте работу по полученной специальности, либо увольняйте. Реакция последовала быстро. Рапорт он оставил в приемной начальника в понедельник, а утром в среду полковник Семаха его вызвал.

Как только Юрьеву передали, что полковник ждет его зссле обеда, он весь день ходил сам не свой. Он все вспоминал свое знакомство с майором — тогда еще майорам — Семахой на соревнованиях по стрельбе среди юниоров в шестьдесят седьмом. Та давняя встреча стала переломной в его судьбе, и с тех пор они виделись с Семахой хоть и нечасто, но регулярно: Петр Иванович внимательно следил за успехами лучшего стрелка ленинградский милиции и не упускал случая похвастаться своим — личным, можно сказать отеческим, участием в его славной биографии. И вот теперь Степан рассчитывал, что Семаха в очередной раз даст ему «зеленый свет», как уже это случилось восемь лет назад, и он, младший лейтенант Юрьев, выскочит на широкую трассу, ведущую к неизведанным, захватывающим дух вершинам…

В назначенный час он был впущен в кабинет начальника Ленугро. Последний раз Степан видел Семаху года полтора назад, на ноябрьские, на торжественном заседании в Смольном. С тех пор полковник не сильно изменился. Только погрузнел чуть больше, и лицо у него стало пошире, и весь он прямо-таки лоснился. Петр Иванович поманил замявшегося в дверях младшего лейтенанта и махнул рукой в сторону батареи стульев вдоль длинного стола.

— Садись… Степан Юрьевич… Получил твой рапорт, ознакомился. — Семаха уткнулся взглядом в какие-то бумажки на столе. — Ты меня маленько опередил. Я тут, брат, знакомлюсь с личными делами сотрудников, отбираю для продвижения… Я слыхал, ты успехи продолжаешь делать в стрельбе. Вот, говорят, на прошлом месяце на спартакиаде очередной кубок отхватил… Хвалю, брат, хвалю. Это дело нужное. Я тоже ведь, понимаешь, люблю это дело, но куда мне до тебя!..