Призраки Марта

– Почему он живет на улице? – только и спросил у парнишки.

Насколько маг знал, государство всегда было щедро к солдатам, пусть и бывшим. Если этот Густав стал инвалидом в бою, то должен был получать солидную пенсию, а не бродяжничать.

Пьетро сочувственно шмыгнул носом.

– Так получилось, господин.

– А подробнее? – Если уж Мартин пообещал помочь, то ему требовалась хоть какая-то информация.

Мальчишка насупился, не желая выдавать чужие секреты, но под пристальным взглядом мага сдался.

– У него документов нет, – признался Пьетро, окончательно повесив нос. – Его мертвым сочли, когда он получил ранение.

Случайно спасся, а когда вернулся, его командир сказал, что знать его не знает, списки погибших уже оформлены, и он ничего переделывать не станет. А у Густава – ни родни, ни друзей. Сослуживцы отказались вступиться. А куда ему судиться… без ноги и без денег… Но вы, конечно, не поверите, – грустно закончил мальчик.

И был абсолютно прав: Мартин не поверил. Хорошая сказка для наивного подростка, уже успевшего на своей шкуре почувствовать несправедливость системы, – самые подходящие уши, чтобы скормить подобную байку.

– Ладно, разберемся, – пообещал Март, понимая, что доказывать что-либо волнующемуся за друга Пьетро бесполезно."

"Насколько Мартину было известно, за драки в общественных местах арестовывали на несколько суток и обязывали выполнять работы на благо короны или же требовали уплаты штрафа и отпускали на все четыре стороны. Мага мало волновала судьба какого-то там Густава, но себя он считал в ответе за Пьетро. А потому махнуть рукой на участь человека, вступившегося за его подопечного, не мог.

В отделении его, как и ожидалось, приняли холодно.

Однако стоило извлечь из-под плаща мешок с призывно звякнувшими монетами и объявить, что пришел заплатить штраф за одного из арестованных, разговор быстро пошел на лад.

– А ну, как, говоришь, звать его? – уже вполне дружелюбно по сравнению с началом разговора спросил круглолицый бритоголовый стражник, сидящий у входа над книгой регистрации.

– Густав… – Март обернулся туда, где за его плечами прятался до ужаса боящийся стражи Пьетро, но мальчишка только пожал плечами: тоже не знал фамилии пострадавшего.

 – Густав, – повторил маг, вновь повернувшись к регистратору. – Одноногий. Бродяга. Вероятно, дезертир. – Пьетро за его спиной возмущенно ахнул.

– А-а, – протянул стражник. – Так бы и сказал. Есть такой, как же. За мальчонкой как раз пришли, а тот сидит. – Он сверился с записями в толстой книге регистрации, занимающей весь его стол. – Да, сидит. Так… это, – пробежал глазами строки, а затем поднял на Марта недоумевающий взгляд. – Драка в общественном месте, сопротивление при аресте. Штраф – десять золотых.