Призраки Марта

Нельзя мешать Шкиперу, – и даже попытался преградить ему путь.

Вита прекрасно их вышколила. Вряд ли такое раболепие было лишь следствием уважения к их отцу. Значит, страх?

Мартин никогда не являлся сторонником грубых методов, но сейчас ему нужно было поговорить с сестрой, а не тратить время на споры с ее подчиненными. Он приподнял руку, и между его пальцев заплясали черные молнии. Бородатый шарахнулся в сторону, почувствовав уровень выплеска силы.

– Мне тоже, – холодно предупредил Март, – нельзя."

"И, больше не говоря ни слова, поднял полог палатки сестры и вошел внутрь.

Магическая лампа на прикроватной тумбе озаряла помещение тусклым светом, но его было достаточно для того, чтобы разобрать, кому принадлежали сплетенные в постели тела. Гостя увлеченные процессом женщины даже не заметили.

Мартин звучно постучал кольцом-накопителем на своем пальце о ближайший металлический столбик-опору палатки.

– Подъем!

Эффект превзошел все его ожидания: казалось, вместе с кроватью вздрогнула вся поляна.

– Март! – Из морского узла, состоящего из длинных конечностей Жиль, выпуталась лохматая голова Виты. – Ты сдурел?!

– Красавчик? – в свою очередь изумилась ее партнерша, без стеснения приподнявшись на локтях и демонстрируя обнаженную грудь. – Решил-таки присоединиться? Мм…

Март был не в том настроении, чтобы заниматься обменом колкостями. Он лишь сложил руки на груди и уперся в Жиль тяжелым взглядом.

– Выметайся, или я сам тебя вышвырну.

Глаза брюнетки изумленно округлились.

– Да что ты?!.

– Ладно. – Мартин недвусмысленно сделал шаг вперед.

– Стойте! – взвизгнула Вита, выставив перед собой руки. Март остановился. Вытаскивать из палатки голую женщину ему совершенно не хотелось, но после сегодняшних открытий он был готов пойти и на это. – Дорогая, иди. – Сестра подарила брату негодующий взгляд и успокаивающе погладила любовницу по плечу. – Мы потом… продолжим, – и гордо вскинула подбородок, словно говоря незваному гостю: «Да, еще как продолжим».

Он лишь поморщился и отвернулся, пока Жиль торопливо одевалась.

– Что это было? – потребовала объяснений Вита, едва брюнетка выскользнула из палатки.

Март бросил на нее короткий взгляд: сестра сидела на кровати, подбоченясь, в чем мать родила.

– Оденься, – велел он, вновь отвернувшись.

– Это не я, – невинно сверкая глазами, заявила Вита, уразумев суть претензий.

Она так и не оделась, только накрылась одеялом и сжала тонкими бледными пальцами его концы под горлом. Март присел на подлокотник кресла, и не думая расслабляться.

– Это ты, – отрезал он.

Несмотря на то что они много лет не виделись, ничего не изменилось: сестра никогда не признавалась в содеянном, пока не попадалась с поличным. Да и тогда пыталась выкрутиться до последнего.