Опасная помощница

Каково им знать, что где-то растёт их малыш? Но ведь они распорядились утилизировать замороженные эмбрионы. Возможно, эти люди уже сумели родить потомство, и не было смысла оплачивать хранение генетического материала.

Мысль о том, что я смогу стать матерью только потому, что мне подсадили чужой эмбрион — более крепкий и жизнеспособный — сверлила мозг. Вероятно, Светлана Максимовна права, так оно и есть. Судьба раз за разом уводила меня от того, чтобы дать жизнь ребёнку Виталия.

И правильно! Этот подлец не заслуживает такого счастья!

Но почему же у меня всё так сложно?! В чём я виновата?! В том, что потратила жизнь на недостойного мужчину?

Новая волна отчаяния накрыла с головой, я затряслась от рыданий и закрыла лицо ладонями.

«Малыш, прости меня, прости! Сейчас я успокоюсь. Просто мне очень плохо. Ты не бойся, я никому тебя не отдам. Ты мой, я безумно тебя люблю!» — шептала я сквозь слёзы.

Это был голос моего босса.

Непонятно откуда появившийся Демидов подскочил ко мне и… схватил, привлёк к себе, обнял. В одну секунду я оказалась в кольце мощных рук, свежий, волнующий мужской парфюм окутал облаком.

Не долго думая, я уткнулась носом в грудь Демидова и зарыдала ещё сильнее.

— Девочка, милая, не плачь, — шептал мне в волосы босс. — А ну-ка прекрати немедленно! Возьми себя в руки. Ты же навредишь ребёнку!

Нет, я могла только реветь. Чувствовала себя такой несчастной. А забота шефа только сбивала с толку, я уже не могла сконцентрироваться и приказать себе успокоиться.

— Алиска, малышка, перестань! Алиса, я кому сказал! — Босс даже слегка меня встряхнул. — Поехали. Отвезу тебя домой.

— Не-е-е-е-т… Нам же на работу надо… — прорыдала я.

— Какая работа! Ты в таком состоянии.

— У нас… дел… много, Сте… Степан Ан… Андреевич…

— Что тебе сказали в клинике?

— Сказали, что… Что возникла… одна… одна проблема, — содрогаясь от рыданий, пролепетала я.

Конечно же, я не собиралась никому рассказывать о путанице с эмбрионами. Скорее всего, даже любимым подружкам об этом не расскажу. А уж шефу — тем более. Только, наверно, маме признаюсь… Или нет.

В общем, пока буду молчать.

— Вы не думайте, Степан Андреевич… Это не смертельно… Просто мне нужно прийти в себя, — всхлипнула я.

Босс тем временем усадил меня в служебный автомобиль на переднее сиденье, сам пристегнул ремень. Водителя — Алексея Дмитриевича — уже не было, непонятно, куда он делся.

— А почему вы здесь? Вы что, ждали меня? — не могла не удивиться я.

Демидов помедлил. Потом объяснил:

— Вообще-то, я на телефоне повис, вопрос один обсуждали с партнёром. Смотрю, а тут и ты из дверей вышла. Вся в слезах.

— Домой его отправил, он мне сегодня больше не понадобится. И ты, Алиса, тоже сейчас поедешь домой и постараешься прийти в себя.