Опасное материнство. Семья для сироты (СИ)

— Встречаться вчера начали, и у нас ничего не было. И, эээ... еще я немного подрабатываю у него няней на время моего отпуска. Он очень хорошо платит. Он опекает дочку Ямпольского, вот я и звонила спросить об этом человеке...

— НЯНЕЙ?! — рычит, словно раненный вепрь, отец. — Для дочери Ямпольского?! Да если у него действительно есть дочь, то ты хоть представляешь, во что ввязалась?! После смерти от Ямпольского осталось просто тонна наследства, за которое не стыдно и убить! За время жизни он собрал вокруг себя кучу людей, одни отмороженней других, а твой Эмир вообще был его любимчиком! А теперь среди них раскол и они скорее переубивают друг друга, чем дадут кому-то управлять всей этой шайкой и распоряжаться деньгами.

Я в шоке смотрю на покрасневшего отца, переваривая сказанное. Он опускает воздетые к потолку руки и бормочет:

— И вот ты трешься возле этого отморозка, и еще нянчишь дочку Ямпольского, не боясь, что тебя грохнут. Нет, не будет такого. Где мой пистолет? Я сейчас сам его грохну...

— Папа! — в панике кричу я, хватая его за локоть. — Ты что, с ума сошел?!

— Отстань! Я пошел в машину, там у меня лежит оружие.

Если моей дочери пудрят мозги, рискуя ее жизнью, я лучше вышибу этому ублюдку мозги сам, и отсижу положенный срок. А ну, отпусти, Лия! После этого я положу тебя поперек лавки и высеку, чтобы в следующий раз думала своей головой!

В этот момент я слышу, как открывается в комнату дверь и мы с папой синхронно поворачиваем головы. На пороге стоит Эмир, холодно глядя на все это и сложив руки на груди.

— Если у вас есть ко мне претензии - выскажите лично мне, а не рычите на Лию. — произносит он, а отец с шипением выдыхает сквозь зубы.

С кухни доносится звук льющейся воды и пение мамы, а еще с шумом работает вытяжка. Видимо, мама решила почистить и пожарить рыбу, и хорошо, что она не слышит из-за этого все разборки.

— Закрой дверь. —мрачно произносит отец, будто бы немного успокоившись. — у матери слабое сердце, и не дай бог она узнает, с кем встречается наша дочь.

— Лия, тебе тоже лучше выйти. — Эмир кивает в сторону двери. — Мы поговорим немного.

— Да вот еще. -- подпрыгиваю я. Уйти, оставить их и позволить поубивать друг друга? — Я остаюсь.

— Строишь из себя рыцаря? — рычит отец. — Нет, пусть она останется. Думаю, Лие будет интересно послушать, как ты жил после смерти приемных родителей.

— Пап, это не та тема, которая...

— Помолчи! Уверен, что он это от тебя скрыл. Давай, Эмир! Тебя забрали в приют, а спустя полтора года после этого ты избил директора до полусмерти, что тот остался инвалидом, и сбежал, верно? Я правильно говорю?

— Да, это было так. — спокойно подтверждает Эмир, а я чувствую, как у меня холодеют руки и быстро бьется сердце.