Опасность

Я вам очень признателен, леди Эйнджелстоун, а то ведь представления не имел, к кому мне еще обратиться. Я начал волноваться, когда Рингкросс выпал из окна башни. А уж когда узнал, что Оксенхем тоже умер, начал всерьез опасаться за свою жизнь.

— Вы правильно поступили, что обратились к моей жене за советом, — заметил Себастиан. — Она прекрасно разбирается в таких делах.

— С той ужасной ночи все пошло прахом, — прошептал Блумфилд. — Все.

Себастиан взял Прюденс за руку:

— Думаю, нам пора идти, дорогая. Вам предстоит работа, да и Блумфилд, уверен, хочет отправиться как можно скорее.

Пока Себастиан вел ее по узкому лабиринту, проложенному среди хлама, заполнившего погруженную в полумрак библиотеку, Прюденс не проронила ни слова. Когда добрались до двери, она оглянулась.

Блумфилд стоял за столом, все так же не отрывая взгляда от лампы. В глазах его был смертельный ужас.

Себастиан с Прюденс быстро прошли по холлу к двери. Ни у одного из них не возникло желания подождать экономку. Себастиан открыл дверь, и Прюденс вышла на улицу, озаренную холодными солнечными лучами.

— Скажите, дорогая, — тихо спросил Себастиан, помогая Прюденс сесть в поджидавший их экипаж, — что вы будете говорить духу Лилиан, если вам вдруг удастся вызвать его?

Прюденс яростно сжала свой ридикюль:

— Я ей скажу, что она совершенно правильно сделала, что отомстила «принцам целомудрия».

И пожелаю ей успехов в ее благородном деле. А еще я скажу, что Джереми очень ее любил и тоже хотел за нее отомстить.

— Да. — Себастиан, усевшись напротив нее, холодно улыбнулся. — По-моему, вы все правильно говорите. Но я все-таки считаю, что за смертью Рингкросса и Оксенхема стоит не дух Лилиан.

Прюденс глубоко вздохнула:

— Я об этом догадалась, когда вы предложили Блумфилду уехать из города. Это нужно, чтобы защитить его, да, Себастиан? Вы хотите отправить его на время, чтобы он не стал следующей жертвой убийцы Рингкросса и Оксенхема? А почему вы не хотите предупредить и Келинга?

— По правде говоря, мне наплевать, если Блумфилда или Келинга кто-то убьет. Будет весьма справедливо, если все «принцы целомудрия», следуя проклятию Лилиан, погибнут. Я только хотел, чтобы Блумфилд не путался у меня под ногами, пока я буду на досуге обыскивать его мавзолей.

От этого заявления гнев Прюденс как ветром сдуло. Она мигом вернулась к теме расследования:

— Вы собираетесь обыскать его дом?

— Во всяком случае, библиотеку. — Себастиан откинулся на подушки. — Похоже, Блумфилд за последние три года, со дня смерти Лилиан, ничего не выбрасывал. Интересно было бы посмотреть, что он хранит в столе.

— Это дело касается моей профессиональной чести. — Она отпихнула мешавшую фиолетовую ленту и решительно взглянула на мужа. — Я настаиваю, Себастиан.