Оттенки страсти
Но для Моны ее нынешняя жизнь все еще была притягательна своей пестрой новизной и многоцветием предлагаемых удовольствий.
Ее свежесть, красота, детская непосредственность, с которой она радовалась жизни, несомненное чувство юмора, которое она изредка робко решалась продемонстрировать публике, все это мгновенно сделало девушку бесспорной примой сезона. На леди Вивьен со всех сторон сыпались выражения восторга и поздравления по поводу того, какая у нее «прекрасная дочь». Нельзя сказать, чтобы эти неуемные похвалы были ей по сердцу. Леди Вивьен была слишком тщеславна и не собиралась делить трон первой красавицы Лондона даже с собственной дочерью.
На балу, который леди Дэшли дала в своем дворце на Ланкастер-Гейт, успех, выпавший на долю Моны, был особенно грандиозен. Все признанные красавицы минувших сезонов, по правде говоря, уже изрядно выдохшиеся от бесконечной гонки за пальму первенства, померкли на ее фоне. Когда Мона, грациозная, словно нимфа, скользила по гостиной, на ум невольно приходило сравнение со сказочной принцессой или героиней древних легенд про золото Рейна. А вечерний туалет из легкого шифона цвета морской волны еще более подчеркивал ее воздушную красоту, выгодно оттеняя смоляные кудри, то и дело вспыхивающие в свете люстр голубыми искорками.
Откуда-то сбоку послышался шорох, и Мона даже вздрогнула от неожиданности. Незаметно для себя она дошла уже почти до самого конца балюстрады. В этом месте крытая галерея почти вплотную соприкасалась с соседним домом. Не более чем в метре от нее на балконе стоял молодой человек. В темноте светлело лицо и белый ворот рубахи, но черты различить было трудно. Кажется, высокий, широкоплечий, одет во что-то темное.
















