Оттенки страсти

Почему именно сейчас ей пришел на память Питер? Почему? Не потому ли, что он доверяет ей полностью, безгранично? Но достойна ли она такого доверия? Этот вопрос, который она задала самой себе, ударил, словно выстрел. Откуда эти неожиданные и непонятные угрызения совести? Ведь сегодня ночью она не сделала ничего плохого, попыталась она оправдаться в собственных глазах. И тут же голос совести ответил ей: пока не сделала.

– Но я же обещала! – взмолилась она с отчаянием.

– Смотри! Не натвори беды! – сурово ответила ей совесть.

Беды? Какой беды? Разве Алек представляет для нее опасность? И в эту минуту Мона услышала шум подъезжающей машины.

Его машины. Послышался визг тормозов, а потом Алек нажал на клаксон. Резкий сигнал разбудил тишину квартала, погруженного в сон. Мона прислушалась к тому, как мерно тарахтит мотор автомобиля, и поняла: Алек, оставив двигатель включенным, направился к парадной двери. Она еще плотнее запахнула манто и поднялась со стула, чтобы выключить свет. И в этот миг взор ее упал на фотографию, стоявшую на прикроватной тумбочке. Любительский снимок, запечатлевший абсолютно счастливых Питера и Вогса на солнечной лужайке прямо перед домом в Тейлси-Корт. Питер смотрел на нее с фотографии с выражением такой по-детски чистой радости и с такой доверчивой простотой, что она невольно вздрогнула. Она не должна никуда ехать! Снова просигналил клаксон, на сей раз звук был и длиннее, и резче. Кажется, Алек начинает терять терпение.

– Ах, Питер! – прошептала Мона и бросилась ничком на кровать, натянув на голову подушку, чтобы не слышать этот противный, этот мерзкий звук.

Алек, негромко ругнувшись себе под нос, в последний раз дернул ручку запертой двери и пошел прочь.

При свете дня собственные страхи показались Моне просто смехотворными. Что за чепуха лезет в голову по ночам! А потому, когда позвонил Алек и пригласил ее на чашечку чая, она с готовностью приняла его приглашение, начисто забыв об обещании, которое дала накануне мистеру Каткарту.

Утром Мона написала обстоятельное письмо мужу: рассказала, как доехала до столицы, подробно описала прием, который устроила ее мать. Она даже упомянула о том, что побывала в модном ночном клубе и повстречалась там с Алеком.

А что такого? Ей нечего стыдиться и нечего скрывать от Питера. Разве что полнейший душевный сумбур и сумятицу чувств после вчерашних событий, но об этом она благоразумно умолчала.

Алек заехал за ней на машине ровно в четыре пополудни и тут же осыпал ее комплиментами с головы до ног. Мона действительно была восхитительна. Длинное пальто из темно-зеленой шерсти с воротником-стойкой из темного меха и крохотная шляпка в тон.