Повешенный (СИ)

— Верните двух этих висельников в Петровскую крепость. До особого распоряжения государя — помедлив, приказывает тот, что постарше. И уже отвернувшись от нас и отходя от помоста, говорит второму — Кто мы такие, чтобы оспаривать божий промысел? Видно Господь не желал их смерти, и им на роду другая смерть написана.

— Ну, да… — зло усмехается тот — кому суждено утонуть, повешен не будет.

— Скажи лучше, как мне обо всем этом императору теперь докладывать? — доносятся до меня обрывки их разговора — государь в ярости.

— Не представляю даже, Сергей Ильич. Я не суеверен, но как-то мне не по себе от всего произошедшего…

Они снова останавливаются и долго всматриваются во что-то за нашими спинами. Южинский видит, куда они глядят, и его глаза удивленно округляются. А у меня сил нет даже повернуть голову. Все словно не со мной происходит, еще и пелена эта дурацкая перед глазами…

Не успели мы прийти в себя, как нас с Петром грубо хватают за плечи, заставляя подняться на ноги, и чуть ли не пинками и штыками сгоняют вниз с помоста по сходням. Чтобы тут же засунуть в какую-то странную черную карету с зарешеченными окошками, установленную на большие широкие полозья. От любопытных взглядов толпы нас в это время загородили несколько всадников. Увидев лоснящиеся шкуры лошадей так близко от своего лица, что почувствовал запах конского пота, исходящий от них, я впадаю в легкий ступор. За что тут же получил болезненный тычок в спину и чуть ли не кубарем влетел в карету.

— Пошевеливайся, висельник, залазь в возок…!

Двое солдат сели с нами на неудобные узкие скамьи, двое вскочили на запятки кареты, еще двое забрались на козлы. Дверцы захлопнулись, отряд всадников окружил «возок», и мы тут же тронулись в путь. Нас явно торопились побыстрее увезти с площади, видимо, чтобы не смущать приличную публику.

Через мутные зарешеченные окошки кареты мало что можно было рассмотреть, но кое-что я все-таки увидел: мы практически сразу въехали на мост и пересекли широкую реку. Если бы это был Питер, то я бы предположил, что эта река — Нева, а мост ведет с Сенатской площади на Васильевский остров. Но в «моем» прошлом моста в этом месте точно не было. Как и некой Петровской крепости, в которую нас сейчас везли. Так что я даже не уверен в том, что город, в котором сейчас нахожусь, Питер. Если это и он, то какой-то странный и мало узнаваемый. Где я? В другой реальности? Или это странный бред умирающего?

Съехав с моста, возок повернул направо и поехал по заснеженной набережной вдоль реки. И вот тут я во всей красе увидел на другой стороне реки знакомое здание Адмиралтейства, которое ни с чем не спутаешь. Значит все-таки Питер. Вернее, Санкт-Петербург.