Призраки лунного света

Они отчаянно пытались прогнать темноту и опустившуюся на поляну туманную дымку.

Я отшатнулась, но Майри, стоявшая позади, подтолкнула меня вперед. Сбежать и вырваться из этой нереальной ситуации представлялось мне невозможным. Я медленно шла мимо священников и священниц, которые опустили головы и тихо бормотали что-то себе под нос. Должно быть, они молились. Я не была верующей, но если это мне поможет, то пусть молятся на здоровье.

Священники и священницы, мимо которых я проходила, присоединялись ко мне и следовали за мной. Я в своих потрепанных вещах чувствовала себя еще более недостойной.

Мне оставалось лишь надеяться на то, что дерево не придавало большого значения внешнему виду. Я слишком быстро прошла свой путь и оказалась перед ним.

Питер лежал на том же месте, где священники оставили его вчера, и смотрел на меня блестящими от волнения глазами.

– Питер! – я подбежала к нему, не обращая внимания на коллективный стон, раздавшийся позади меня. Я взяла его за руку. Она горела. Его лоб тоже пылал в лихорадке. И все же он был жив.

– У него температура, – обратилась я к Майри, которая подошла ко мне.

– Лекари позаботятся о нем, – сказала она, и от меня не ускользнуло раздражение в ее голосе. – Ты должна молчать, Эмма. Ритуал требует предельной концентрации и тишины.

Я посмотрела на Питера.

– Ты должна сделать то, что она говорит, – слабым голосом сказал он. – Со мной все в порядке.

Я разгладила его одеяло и встала. Майри отвела меня к месту, подготовленному к вышеупомянутому ритуалу. Не сказав ни слова, она заставила меня опуститься на колени. После этого она отступила к остальным, выстроившимся вокруг дерева.

Они схватились за руки и закрыли глаза. Воцарилась полная тишина.

Я посмотрела на дерево перед собой. Оно было старым и сморщенным. Его ствол был испещрен шрамами, и я задалась вопросом, сколько войн оно пережило, прежде чем священники решили скрыть его от внешнего мира, чтобы защитить. Что мне теперь делать? Может, закрыть глаза? Попробовать явно стоило.

Я сосредоточилась и подумала: «Мне нужен Экскалибур. Было бы отлично, если бы ты могло дать его мне. Только меч может уничтожить Муриль и тем самым помешать ундинам обрести власть над всеми народами.

Если ты не против, пожалуйста, дай его мне. Я верну его».

Мои слова были не очень изобретательны, и я была уверена в том, что Артур сформулировал свою просьбу более искусно, но ничего лучше этого мне на ум не приходило. Я была совсем не удивлена, когда ничего не произошло. И чего я ждала? Что меч под звон колокольчиков вылетит из дерева? С моей удачей он бы еще и меня повредил. Каким тяжелым, должно быть, был этот меч! Я открыла глаза и выглянула из-под ресниц. Ничего не изменилось.