Пропавшие без вести

Дежуря в разных учреждениях, связанных с театрами, поджидая кого-либо из эвакуационного начальства столицы или выясняя у железнодорожников возможности отправки театрального имущества, Татьяна бывала занята до самого вечера. Но на этот раз днем неожиданно выпало свободное время, и, возвратясь домой, она получила записочку Бурнина.

Каким позабытым мирным теплом дохнуло ей самое его имя! Какими чудесными казались теперь Татьяне те времена, когда в доме у них бывал шумный Бурнин!

Они тогда жили все в той же просторной квартире в удобном центральном районе Москвы.

В их дворе, как и во многих соседних, зеленели деревья, цвела сирень. Еще от матери Михаила у них остался хороший рояль, и к ним любили сходиться друзья и знакомые. Татьяна любила покрасоваться среди людей и сознавала эту свою женскую слабость. Ну что же, разве ей нечем было покрасоваться! Она прекрасно умела сама, без мужских комплиментов, оценить свою стройность, темные брови при светлых пепельных волосах и «карие очи»…

Когда в те старые времена приходили гости, Миша откладывал в сторону свою научную работу и тихонько вздыхал, словно вечер с гостями был нелегкой повинностью.

А как только все уходили, он спешил, несмотря на позднее время, «нагнать потерянный вечер». Татьяну даже слегка раздражало то, что она и сама испытывала чувство вины перед ним. Теперь она понимала, что Миша был прав тогда: ведь так вот и не успел он до войны закончить свою работу…

Война идет только третий месяц, но как все изменилось! Мирное время кажется отдаленной эпохой. Другими стали все интересы людей, всех отягчили мелочные бытовые заботы о картошке и хлебе, кто-то успел уже осиротеть, овдоветь, многие вовсе не знают о близких… Иными стали даже характеры.

Интересно, каков же теперь этот неунывающий Анатолий со своей постоянной поговоркой о том, что ему всегда и во всем везет.

Таня помнила его молодым, жизнерадостным, даже, может быть, легкомысленным военным, которого окрестила «душкой-поручиком».

Она вдруг вспомнила про аппетит Бурнина и спохватилась, что надо будет его угостить. Аппетитом он славился, видимо, с юности. С Мишей вечно они вспоминали какие-то краденые пирожки, какие-то съеденные «на спор» десять пирожных, какую-то девушку, которую Бурнин прозевал, потому что увлекся котлетами…

В последние дни, питаясь где как придется, между делами и хлопотами, Татьяна ничего не держала дома, но сегодня она приготовит для Бурнина, чтобы он уселся, как дома, и на время забыл про войну.

Лет пять назад старший лейтенант Бурнин, оснащенный необычайно раскатистым голосом, добрым ростом и богатырской шириной, нежданно не просто вошел, а прямо-таки «обрушился» на их привычное общество.