Пропавшие без вести

Дивизия Чебрецова, откуда чуть более месяца тому назад отозвали Бурнина с должности начальника штаба, только три дня как была отведена для пополнения и переформирования именно в тот район, где Бурнин наметил две переправы, за которые его так похвалил генерал.

Из-за отвода дивизий на пополнение опять произошло столкновение мнений Острогорова и Балашова. Острогоров хотел в первую очередь усилить наиболее ослабленные дивизии центра, истрепанные последним наступлением. Балашов же считал, что в первую очередь следует пополнить именно те дивизии, которые сохранили свой командный состав, дисциплину и технику, поэтому прежде всего наметил к отводу обе фланговые дивизии: левую — Чебрецова и крайнюю правую — Мушегянца, с тем чтобы Чебрецов, пополнившись, сменил Мушегянца.

Командарм согласился с Балашовым.

Истощенная долгими оборонительными боями, начиная с боев за Смоленск, дивизия Чебрецова больше полутора месяцев без пополнений сдерживала пехотные и танковые атаки, подвергалась почти круглосуточно артналетам и воздушным бомбардировкам и несла большие потери в личном составе, но сохранила боеспособность.

В последнюю неделю боев она получила нищенские пополнения из охотников или необученных ополченцев. Теперь ее, испытанную, но усталую, наконец приводили в порядок. Позавчера в нее влили свежие силы.

«Ох, Чебрецов на меня распалится, просто дружба навеки врозь!» — думал Бурнин, направляясь в бывшую свою дивизию.

Когда был начальником штаба в дивизии Чебрецова, Бурнин дружил со своим командиром и мог предсказать заранее, что поручением строить дороги вызовет его неприязнь и раздражение.

Передать Чебрецову этот приказ и объяснить задачу Бурнин считал исключительно неприятной миссией. Но что было делать!

Бурнин справился по телефону, «дома» ли командир и комиссар.

Он знал, что накануне генерал Острогоров приказал Чебрецову готовиться через пять дней к выходу на передний край, на смену правофланговой дивизии Мушегянца, которую отведут на их место. Чебрецову казалось, что времени и так слишком мало, что бойцы не будут готовы, как он хотел бы их подготовить, что за эти дни дивизии предстоит провернуть работу, которой хватило бы и на две недели: новые пулеметчики еще не успели освоить всех случаев устранения пулеметных задержек, стрелки-ополченцы в своих прежних частях, занимаясь саперной работой, даже не сдали учебные стрельбы; кроме того, Чебрецов решил непременно во всех подразделениях заставить людей полежать в окопах под настоящими танками, «без дураков», как он выражался: «Пусть поутюжат, пусть брустверы обомнут, землицею их позасыплет!.

.