Содержанка

Закусываю губу, когда он шею зацеловывает, без остановки лапает.

В этот раз тело уже знает, как может быть. Реагирует моментально. Окатывает горячим предвкушением.

Я перекидываю через Алекса ногу, оседлав. Не планировала так делать, само получилось. Он ведь… постоянно меня целует. Задирает майку, я послушно помогаю стянуть ее через голову. Алекс ласкает грудь, спину. Остается дышать рвано, двигаться, жаться, будто замерзла.

Он накручивает на пальцы ткань стрингов, чуть тянет вверх, затем снимает с меня белье. Сердце колотится, словно вот-вот выпрыгнет. Алекс быстро стягивает джинсы вместе с боксерами.

Стоит у него каменно, и от вида мужского напряжения во мне кипит смесь трепета и ужаса как отголосков неопытности. А еще вновь чувствую молнии. Они жалят, жалят чувствительную кожу. Теперь-то я знаю, что служит освобождением.

Доверчиво льну, но Алекс отстраняет:

— Секунду, Ив. Прости, защита. Надо.

Киваю. Правильно. Он всё правильно делает, хотя момент был страстный и особенный. А ожидание порождает сомнения.

Алекс достает из тумбочки презерватив, вскрывает. Раскатывает по члену. И тянется ко мне.

Я опускаюсь на него постепенно.

Принимая сантиметр за сантиметром. Стараясь расслабиться. Трудно же! Дышу быстро, до пересохших губ, до гипервентиляции, от которой голова кружится. Опускаюсь до упора и закрываю глаза. Запрокидываю голову.

Безумные ощущения. И хочется больше, теснее. Мне неловко. Сдерживаюсь. Но так приятно, что… Господи.

Алекс целует в лоб. Кладет руки на бедра и медленно, но с силой вжимает в себя. Да так, что срываются стоны. Он отвечает:

— Кайф.

Киваю. Он целует щеки, губы. Я делаю робкое движение бедрами. Алекс расправляет мои волосы по плечам.

— Настоящая красавица.

Улыбаюсь.

— Посмотри на себя. Ну же."

"Распахиваю ресницы, он слегка поворачивает мой подбородок, и я замечаю зеркало. Во весь, мать его, шкаф! В прошлый раз были в полумраке, я в потолок пялилась да зажмуривалась. А тут…

В отражении мы. Обнаженные, сплетенные воедино. Пульс взрывается, в ушах шумит. Алекс сидит с ровной спиной, я на нем. Он обнимает. Серьезный такой, крайне возбужденный. Обнимает и целует. Чмокает в щеки, нос, подбородок. При этом будто становясь еще больше внутри.

— Прекрасная девушка.

 — Целует меня. Целует, целует. — Какие губы. Плечи. Грудь. Бёдра… — Проводит руками, собственнически сжимая. Это нахальство уместно сейчас. — Моя. Ты очень красивая, Ива. Расслабься. — Целует еще. — Сильно меня сжимаешь там. Будет хорошо.

Щеки рдеют.

Алекс упирается рукой в матрас и начинает двигаться. Поза будто неудобная, но у него получается плавно. Толчок за толчком. Да так, что дыхание рвется, а между ног — пожарище. Каждый новый толчок ошеломляет ощущениями. Каждое прикосновение — необходимое.