Путь одиночки

Момент взбежал по склону на четвереньках, Влада два раза поскальзывалась на влажном мху, тогда Геша спустился и вывел ее, обхватив за талию.

Данила взял девушку под руку: мало ли, что у нее на уме. Влада дернулась, пытаясь освободиться, и уронила горестно:

— Как же вы задолбали! На фига вы меня с собой тащите?

— Мне нужно, чтобы ты рассказала все, что знаешь о Ротмистрове.

— Я в глаза его не видела! Это вам отец нужен.

— Пока ты с нами, Фидель будет заинтересован в сотрудничестве.

Точно, бестия: глазища сверкают, брови — стрелами у переносицы, черные волосы — дыбом. Асоциальный элемент нашел себе место в лесах Сектора, теперь же его пытаются вырвать из естественной среды обитания… «Сектор не отпускает», как говорят проводники.

И Данилу Сектор может не отпустить живым.

По дороге только один раз пришлось прятаться от патруля. Из-за пожухлой травы Данила наблюдал, как мимо катит красавец-вездеход «Урал» — бестолково-белый, чужеродный в Секторе. Странно, но Данила уже не ощущал себя тут чужаком. Чужаки там, в вездеходе.

Момент лежал, вжавшись в землю, Влада не шевелилась и вроде даже не дышала.

— Всё, бро, — шепнул Геша, — дальше идем лесом. Видишь, как тебя ищут? Наверное, товарищу, которого ты называл, очень не хочется, чтобы узнали его секрет. И тебя, девушка, это тоже касается. Ну, вперед, что ли?

По пути Влада впала в прострацию, молча смотрела перед собой и волочилась, еле переставляя ноги — приходилось все время подгонять. Похоже, кончился запал.

Когда завоняло сероводородом, глаза девушки округлились и она качнулась к Даниле:

— Японский бог! — Момент потянулся за дробовиком. — Блин, и огнемета нет.

Завоняло сильнее, зашуршали, задвигались кусты, донеслись фырканье и попискивание. Данила с Моментом встали спиной к спине, Влада прижалась сбоку и едва не закричала:

— Развяжите, мать вашу! Да развяжите же, блин!

— Заткнись ты! — рыкнул Момент.

Девушка села и втянула голову в плечи. А вот и твари — сплошной серо-желтый поток, узкие мордочки с черными носами, бусины глаз, высунутые языки. Бегут бок о бок, уже давно, клочья пены падают на землю.

Момент витиевато выругался и пальнул из дробовика, Данила выстрелил из «страйкера» — две твари забились в судорогах, остальные же продолжили катиться живой лавиной. «Спасайся, скорее!!!» — вопил инстинкт самосохранения. «Поздно, не успеешь», — выносил приговор здравый смысл.

Мир замедлился. Языки. Пена падает. Иглы зубов. Всех не перебьешь. Но бегущие впереди твари не стали прыгать, обежали людей, как вода огибает препятствие, и устремились в лес.

— Что это было? — пролепетала Влада, поднимаясь, когда вся стая исчезла за деревьями. — Я видела, как они человека обглодали… до костей сожрали за минуты!

— Да-а-а, — протянул Момент.