Рафаэль

— Значит, ты прямо сейчас расскажешь нам свой трусливый план по захвату города вместо того, чтобы приберечь злодейскую речь на потом?

— Ты бы предпочла, чтобы я сделал вид, что считаю тебя и Жан-Клода глупцами?

— Думаю, нет. — Ответила я, но мой пульс бился немного чаще, чем следовало.

Гектор сделал глубокий вдох.

— Я чую твой страх, Анита. Теперь, когда ты меня боишься, это мне нравится куда больше. — Он улыбнулся, но его улыбка больше походила на оскал, когда ты показываешь зубы, чтобы напомнить другому, что даже в человеческой форме они все еще способны разорвать плоть.

— Ты заявляешь, что используешь веркрыс, чтобы атаковать Жан-Клода и его вампиров? — Уточнила Пьеретта.

— Я с кошками не разговариваю.

Я повторила ему ее вопрос.

— Веркрысы составляют основную массу пехоты Жан-Клода. Стоит их захватить, как преимущество сразу окажется на нашей стороне. Он это знает. Мы все это знаем. К чему притворяться?

— Если ты получишь веркрыс и вампиров, то что ты будешь делать потом? — Спросила я.

— Стану истинным царем.

— Тебе не стоит быть таким самоуверенным. — Заметила Клодия.

— А может, этой ночью Жан-Клоду и всем вашим милым мальчикам стоит следить за тем, что происходит у них за спиной.

 — Сказал Гектор. Он наклонился вперед, когда говорил это, и я ему позволила, потому что смотрела ему в глаза, а не на его тело. Сейчас они были темно-карими — ни единой зеленой крапинки, — и там, в глубине этой тьмы, была сила, которая потянулась ко мне.

Я ощутила, как мои собственные глаза налились уже моей силой, и ответила:

— Кем бы ты ни был, глазами тебе меня не захватить.

Я ощутила, как Гектор двинулся, за секунду до того, как его локоть попытался впечататься мне в висок.

Я отклонила голову и использовала свою руку, чтобы отпихнуть от себя его локоть, после чего позволила ему по инерции проскользнуть мимо меня. В то же время я впечатала свою подошву ему в ногу. Будь он человеком, то был бы перелом, но Гектор просто упал на колени, а я уже наступала на него сзади, чтобы пырнуть двумя ножами в горло, пока он приходит в себя на полу, поднимается на одно колено, вскидывает руки и готовится дать мне отпор.

Мы остановились друг перед другом, немного запыхавшись, но не от физической нагрузки, а от эмоций.

Я бы убила его, если бы он не передвинулся, и он это знал.

— Твоя скорость и навыки рукопашной стали лучше.

— Лучше, чем что? Мы не встречались раньше. — Сказала я, все еще находясь в боевой стойке с двумя ножами в руках.

Он моргнул, и его глаза снова стали зеленовато-карими, как у Гектора — вампирская сила из них ушла.

— Лучше, чем мне говорили. — Он выставил руки ладонями вперед — универсальный жест, которым ты говоришь, что не хочешь причинять вред, ну или, как минимум, что с тебя хватит.