Развод. Отвергнутая жена дракона

«А ты не боишься, что подозрения оттолкнут его от тебя? Он не выглядел довольным сегодня утром… Мне вообще показалось, как будто мы откатились в своем прогрессе в самое начало, если не дальше», — обеспокоенно проворчал Бруо.

— Чем ты слушал? — усмехнулась я. — Его интригует моя тайна. Думаю, у Алериса с самого детства было все, о чем бы он не попросил. А потому его манит то, что он не может получить или разгадать сразу. Если бы я выложила ему все, как на духу, или начала вешаться на него и кричать о своей любви, он бы тут же потерял интерес.

Гаольф на какое-то время замолчал, думая о чем-то своем, а потом возмущенно спросил: «Это что же получается… Вот, если бы ты передумала мстить, и осталась бы с ним, он потерял бы к тебе интерес сразу же, как заполучил? Так, что ли?».

Вопрос был очень хорошим. Назвать меня знатоком темных закоулков души дракона, конечно, было нельзя, но…

— Я думаю, что так и есть… — кивнула я, поглаживая Бруо меж ушей. — Сейчас его манит моя недоступность. Но как только он удостовериться в том, что желаемая птичка попала в его клетку и уже никуда из нее не денется, как он тут же пойдет искать себе другое развлечение.

«Придурок, — буркнул гаольф. — И еще нас монстрами называют!».

Я в ответ на это рассмеялась, и остаток пути до сиротского приюта, в который мы направлялись, прошел в тишине.

Завидели нас еще на подъезде. Маленькая девочка, играющая на небольшой лужайке перед приземистым двухэтажным зданием с обшарпанной крышей вскочила и, показывая на нас с Бруо пальцами, закричала:

— Жрица! Приехала жрица!

Я с улыбкой помахала малышке и, спрыгнув с гаольфа, а она восторженно таращилась на моего монстра.

— Вы и правда существуете! — воскликнула она. — Матушка Энн рассказывала о вас сказки! Вы правда спасаете маленьких деток от монстров?

Присев на корточки рядом с девчушкой, я вытерла ее чумазую щеку и, встретив взгляд ее искрящихся карих глаз, кивнула.

— Только, тс-с-с. По правде говоря, это большой секрет.

— Тс-с-с, — повторила за мной она, прижимая ладошку ко рту и хихикая. — Я позову матушку Энн!

Малышка скрылась за большой деревянной дверью, а я огляделась. Здание было старым, и ему требовался ремонт, но дорожки были вычищены, лужайка — облагорожена, а в каждом окне виднелся горшок с зеленым растением. Девочка была не пухленькой, но и не худой. Ее волосы были убраны в аккуратную косу, и у нее был простенький, но теплый плащ без заплаток. И здесь была даже какая-то матушка Энн, которая сочиняла для детей сказки.

Приют не купался в деньгах, но о воспитанниках здесь заботились. И это было самым главным.

Как только у меня стали появляться лишние деньги, а происходить это начало около четырех лет назад, я решила жертвовать их на содержание детей.