Рейд выживших

Но лучше всего ориентироваться на «Чайки» и «Ишачки», с немецкими бортами, возможно, будут проблемы.

На вопросы: «Где эти самолеты? В каком они состоянии? Какое вооружение имеется в наличии?» – командир мне тогда не ответил, пообещав все показать в свое время. Своими сомнениями я поделился с заместителем командира отряда Акимовым. На что получил ответ: «Вы в отряде человек новый. Всего не знаете. Так вот, если командир что-то задумал, то так и будет. Работайте над планом. Если что потребуется, мы вам поможем». Сомнения мои остались при мне, тем не менее приказ есть приказ, и я приступил к разработке плана.

Собравшись с Серегиным и остальными летчиками, вооружившись трофейной польской картой, мы засели за разработку плана. Исходя из условий, что дал мне командир. Вскоре черновой план был нами подготовлен.

Заинтересовавшись фигурой нашего командира, я стал осторожно расспрашивать о нем бойцов отряда. Что меня поразило, так это полная уверенность всех, с к мне пришлось беседовать, в успехе задуманного командиром, чего бы это ни касалось. Все готовы были идти за ним до конца. Его приказания и распоряжения не обсуждались.

Если были какие, вопросы, их без промедления решали. По вечерам на совещании за кружкой чая, у остова его палатки, решались любые вопросы повседневной жизни. Седов не уклонялся от острых вопросов, советовался с бойцами, как лучше сделать и воплотить в жизнь задуманное. Частыми гостями у него были егеря и снайперы отряда.

Впервые в реальность задуманного я поверил при проведении разведки аэродрома Куплин в районе Пружан. Все, что нам требовалось для удара, там было. Надо было только прийти и захватить. А сделать это было трудно.

Обеспечение безопасности на аэродроме было очень высоким. У охраны на вооружении были зенитные орудия и автоматы, танки, подготовленные огневые позиции. Кроме всего прочего, тут находилась охрана лагеря для военнопленных. Гарнизон врага насчитывал порядка четырехсот солдат и офицеров. В нескольких километрах от аэродрома располагались немецкие части численностью до пяти тысяч человек. Кого-то это могло остановить, но только не нас!

Для отвлечения сил противника батальоном в течение суток было проведено несколько операций. Среди них артиллерийский обстрел штаба 4-й полевой армии вермахта и нескольких железнодорожных станций, уничтожение железнодорожного и автомобильного мостов через реку Мухавец, разгром несколько немецких охранных подразделений, уничтожение шести эшелонов противника, освобождение военнопленных из дулага № 130.

Завершающим аккордом всего этого стал захват аэродрома.

Наше авиационное отделение в перечисленных операциях участия не принимало. Командир строго-настрого приказал ограничить наше участие в активной фазе.