Счастливы вместе

Я, подавив тяжкий вздох, отвечаю:

— Я помню! Но только чего они в среду решили идти в ресторан? Кто ходит по ресторанам в рабочие дни? У меня в четверг именно такой день, рабочий.

— Ну, мама и папа на пенсии, им всё равно, — отвечает на это мой муж.

— Чудесно! — бросаю, — Зато мне не всё равно. И детям! Им в школу, вообще-то, в четверг.

— Ну, мы же не будем там пьянствовать, — делится Окунев.

— Ой, я тебя умоляю! — смеюсь. Уже представляю, как он выпьет лишнего, будет толкать бестолковые тосты. А дома начнёт приставать…

— Я заказал ей букет, оплатил им с отцом десять дней в доме отдыха «Гранд Петергоф», — констатирует Ромик.

— Молодец! — отвечаю, — А я заказала совместный портрет у одного портретиста. Завтра будет готов, заберу.

— Портрет мамы с папой? — стоит в дверях Окунев и ковыряет в ушах ватной палочкой.

— Ну, а кого же ещё? — усмехаюсь я, делаю новый мазок по ногтю, — Не наш же с тобой.

— Почему бы и нет? — достаёт он конец ватной палочки, смотрит внимательно, так, будто хочет найти самоцветы в ушах.

— Представляю себе это нечто! — смеюсь.

— Ну, когда мы дотянем с тобой до сапфировой свадьбы, я думаю, можно портрет в полный рост, — изрекает супруг.

Он опять суёт палочку, только другим концом, в ухо. Уходит на кухню… Меня осеняет. Вот чёрт! А ответ на поверхности — сера, ушная. Наравне со слюной, она тоже годится для того, чтобы взять ДНК.

«Ну, слюну я уже раздобыла», — вспоминаю окурки, добытые мною из пепельницы на балконе. А ещё взяла ложку, которую он облизал. Ну, а вдруг?

Дождавшись, пока мой супруг прошествует по коридору…

— Я там чайник поставил, следи! — говорит он мне, точно служанке.

— Хм! — отпускаю пронзительный хмык. И, забыв о ногтях, мчусь на кухню.

В ведре, под раковиной, поверх кожуры от банана, лежит его палочка. С остатками серы с обоих концов.

Я морщусь, беру из рулона пакетик. Осторожно, чтобы не сбить, забираю её из ведра. Изучаю придирчивым взглядом.

«Фу, Окунев! Ну, какой же ты мерзкий! Как ты умудрился накопить столько серы в ушах? Хотя, мне это на руку», — решаю я. И кладу эту мерзость, к изъятым, другим.

Окунев опять всё перепутал! Ресторан заказали на пятницу. А вчера, в среду, ездили их поздравлять. Его маму и папу. Сорок пять лет, с ума сойти можно! И умудряется кто-то прожить вместе так много. И притом не убить друг друга. Мы с Ромиком двадцать, и то не осилим. Развод будет раньше, чем наш юбилей.

Художник, узнав, что есть два лишних дня, решил дописать свой шедевр. Вот сегодня поеду за ним, в мастерскую. Собираюсь, уже села в машину. Володька ещё на работе. Он обычно уходит последним. Работает, или делает вид. Вполне возможно, сейчас он с Иришкой, в своём кабинете? Пускай! Хоть бы у них всё срослось…

Смартфон издаёт тихий всхлип. Смс. Я, достав, замираю. Отправитель — Левон.