Счастливы вместе

Он в последние несколько дней не писал. С тех самых пор, как нашу обитель посетила его благоверная. Я ещё помню запах её ненавязчивых, сладких духов.

«Боже, Левон», — с болью думаю я. Ну, конечно, я помню! Конечно.

Иногда мы сбегали с работы. Я просила Алёнку меня подменить. Она с пониманием делала это, и брала на себя пациентов. В то время как я ускользала на встречу с Левоном. Я не знаю, кому он поручал своих? Что говорил супруге? Плевать! Меня волновало лишь то, что у нас целых пять часов времени. До окончания дня. Пять часов рядом с ним, в нашей маленькой, тесной квартирке.

— Моя сладкая детка, — шептал мне на ушко, и трогал везде.

Мы бросались друг к другу в объятия, на ходу раздеваясь, забыв обо всём. Я не знаю, что так привлекало в Левоне. Чем он сумел покорить? Просто он разбудил во мне женственность. Ту часть меня, которая крепко спала с тех самых пор, как на свет появилась София. Я не знала, что может быть так… Горячо, бесконечно! Я не знала, что можно настолько хотеть отдаваться мужчине. Быть с ним.

Он открыл меня заново. Даже Ромик заметил, что с Левоном я стала другой. Правда, он тогда ещё даже не знал про Левона.

— У тебя кто-то есть? — произнёс как-то раз.

— С чего ты взял? — я пожала плечами.

Он внимательно, долго смотрел на меня, измеряя по капельке мой внешний вид.

— Ты другая, — сказал, наконец.

— Ну, какая другая, Ром? Что ты несёшь? — возмутилась.

А ведь я поменяла причёску и стала следить за собой.

«Расцвела», — объяснила Алёнка. Наверно, стороннему глазу заметны были те перемены, которых не видела я? Которые я принимала, как должное! И мечтала в течение дня. Я до одури грезила им! Тем, как мы окунёмся друг в друга…

— Мне твой муж предложил встретиться, — как-то раз огорошил Левон.

— Что? — я почти умерла. Я почти не дышала…

— Не волнуйся, сакварели[1], всё в порядке, — успокоил он ласково.

— Но как он узнал? От кого?

— Это неважно, — ответил Левон, — Я с ним встречусь.

— И что? Что ты скажешь ему? — лепетала.

Левон был спокоен и горд:

— Я скажу ему всё. Что люблю тебя. Если поставит условия, сегодня же всё расскажу Тамаре.

Признаться, я думала, Окунев сделает это. Поставит условия! Левон будет вынужден сам рассказать под угрозой разоблачения. И тогда разведётся. И я разведусь! И мы будем вместе. Навеки.

Только вот Ромик решил по-другому. Он одобрил наш тайный союз. Помню, как после их встречи, боялась вернуться домой. Ромик ждал.

— Пообщался с твоим, — сообщил мне с порога.

— Я хотел познакомиться! — выдавил он, — Должен я знать, кто тебя ублажает, пока меня нет.

— Ну, и что? Познакомился? — прижалась я к стенке, краснея. Ощущая себя хуже некуда! Уж лучше бы он прокричал. Лучше б ударил меня по лицу. Чем вот так. Безразлично, жестоко, надменно.

— Достойный экземпляр, — оценил он Левона.