Седьмое небо в рассрочку

Собственно, опасаться по большому счету нечего, снайперская винтовка с глушителем, но береженого бог бережет.

– Что? Что такое? – забеспокоился Хок, опустив бинокль.

Именно блик от стекол, поймавших солнечные лучи, заметил Марин.

– Сиди! – бросила ему Люка. – Хочу убедиться, что рядом никого… А то будет идти мимо какой-нибудь придурок, не валить же и его! К тому же бесплатно. Гек оказался прав! Народу полно, и нам это на руку…

День весенний и солнечный, народ приехал подчистить могилы после зимы, наверное, покойникам приятней лежать, зная, что наверху прибрано.

Так вот, при таком скоплении попробуй найди стрелка.

Люка ерзала, устраиваясь. Винтовка длинная, выставлять в окно даже часть дула нельзя, следовало найти максимально удобное положение и поторопиться. Но вдруг Хок схватился за ствол:

– Люка, с ним сын! Не надо!

– Пусти, идиот! – прошипела она, пытаясь вырвать винтовку. – Другого случая ждать придется, может быть, месяц-два!

– Только не при сыне! Нельзя! – не отдавал он оружие.

– Пусти! Плевать мне на… У тебя не все дома!

– Это у тебя не все дома! При мальчишке нельзя валить отца!

Внезапно около машины выросла фигура дородной тетки, загородившей собой обзор на кладбище.

Неудача просто преследовала их.

– Да сейчас найду! – крикнула тетка кому-то, увидела в машине молодых людей и двинула к ним. Люка вырвала винтовку и опустила ее на дно джипа. – Извините, у вас не будет спичек? Забыли дома…

– Мы не курим, – сказала Люка.

– А зажигалки нет? Я верну.

– Не курим, – огрызнулась Люка.

– А, ну, извините, извините…

Женщина потопала дальше искать спички, не обидевшись на неласковость.

А время упущено безвозвратно, Шатунова след простыл, значит, он в машине, которая медленно ехала по дороге кладбища.

– Все пропало, – зло зашипела Люка. – Так удачно сложилось, он у меня был как на ладони! Что теперь делать, что?

– Ничего, – вяло промямлил Хок.

Подруга серьезно настроилась на скандал – куда-то же следовало выплеснуть накопившиеся отрицательно заряженные частицы, да зазвонил телефон. Хок опустил лоб на руль и замер, честно сказать, в его груди сжалось сердце. Если Люка сообщит, что он помешал ей застрелить Шатунова, ему несладко придется, такое не прощается.

– Да, Гек? – сказала она в трубку.

– Что там у вас? Почему так долго не звоните?

– Считаешь, это все равно что вареников налепить?

– Нет? До сих пор нет?

Хок слышал диалог слово в слово, Люка включила громкую связь, для него включила и кидала в любовника колючие взгляды. Он ждал, когда она заложит его. Ну вот, пауза… Она обязана сообщить о том, что упустили Шатуна, он жив и чья в том вина. Но не сообщала.