Семья Звонаревых. Том 1

Его яхта прибыла на крепостной рейд ночью и бросила якорь в полутора километрах от берега.

Только утром выяснилось, что стоявшее неподалеку от крепости судно и есть долгожданный «Эреклик». Поднялась суматоха. Прошло ещё около часа, пока загремели приветственные выстрелы с крепостных верков.

Часовая стрелка перешла уже за восемь. На Тотлебене взвился крепостной флаг. Роты разошлись по батареям, где они должны были находиться во время объезда крепости генералом Никитиным.

Шредер в сопровождении начальника штаба прибыл на крепостную пристань. Суетнёв уже находился здесь.

Но командующий войсками не показывался. Накануне в Ялте у него произошла трогательная встреча с французским военным агентом в Петербурге генералом де ля Гиш. Весь вечер генералы союзных держав состязались во взаимных комплиментах, обильно подкрепляя их крымскими винами. Под конец француз не выдержал, и его с подобающими почестями отправили на берег. Никитин хотя и оказался победителем, но тоже находился в таком состоянии, что, с трудом пробормотав: «Прямо в Керчь», свалился на кровать и захрапел. Теперь он мирно почивал, убаюканный хмелем и морской качкой.

Солнце уже стояло почти в зените, когда генерал пробудился от сна и, выпив стопку коньяку для «бодрости духа и тела», приказал подать катер.

Суетнёв высказал мысль, что Никитин едва ли сразу отправится в объезд крепости, а вероятно – сначала пожелает побывать в штабе. Поэтому он предложил коменданту все части гарнизона выстроить шпалерами по пути следования командующего от пристани до штаба крепости, чтобы таким образом сразу убить двух зайцев: и гарнизон представить, и ознакомить генерала с деятельностью штаба крепости.

У Шредера от жары разболелась голова. Он сидел в прохладном каземате одной из батарей, прикладывая ко лбу мокрое полотенце. Предложение Суетнёва ему понравилось. Тотчас по телефону было отдано нужное распоряжение, и роты, батальоны, команды со всех концов крепости потянулись к дороге, идущей вдоль берега моря. Здесь они выстраивались шпалерами на местах, указанных штабом крепости.

Ждать было трудно. Жара усиливалась, и даже свежее дыхание моря мало её смягчало.

Ссылаясь на то, что почётный караул должен иметь бодрый вид, Борейко поместил своих солдат в тени просторного каземата, расположенного рядом с пристанью, и быстро организовал доставку обеда.

Сытые, неутомлённые солдаты Борейко и впрямь выглядели молодцами.

Перевалило за полдень, когда, наконец, сигнальщик, наблюдавший с бруствера батареи за яхтой, истошно закричал:

– Едут! Отчалили от яхты!

Этот возглас электрическим током пробежал по рядам войск, в две шеренги выстроившихся по обеим сторонам шоссе от пристани до комендантского дворца.