Семья Звонаревых. Том 1

Появлялся он в цехе редко, больше для того, чтобы размяться после длительного сидения на стуле. С работой цеха он знакомился по докладам мастеров, так как сам мало понимал в производстве и не любил разговаривать с рабочими.

Увидев впервые Блохина, капитан сразу обратил внимание на его угрюмо-сосредоточенное выражение лица.

– Что такой хмурый? – развязно справился он, хотя обычно ни о чём, кроме служебных дел, с мастерами не разговаривал.

– Тёща околела, – буркнул в ответ Блохин первое, что пришло ему в голову.

– Радоваться надо, что избавился от этого вредного элемента! – пошутил Быстреев.

– Оно-то, конечно, так, – охотно согласился Блохин. – Да вот беда – жена ревёт, дети плачут.

– Сколько у тебя детей? – справился капитан.

– Трое. Ртов много, а заработка нет, – сокрушённо бросил Блохин.

– Ничего, осмотришься, найдёшь где приработать, – намекнул Быстреев. – Только смотри, чтобы на тебя не жаловались на это самое, – предупредил он и выразительно потёр большим пальцем об указательный.

– Взяток не беру! – покачал головой Блохин.

– И дурак! Кто же у нас их не берёт? Если хочешь знать, всё на этом самом держится, – поучительно добавил Быстреев.

– Что правда, то правда, вашскородие! Всё у нас на взятке построено, нигде до правды-истины не доберёшься, – сразу повеселел Блохин, попав на хорошо знакомую ему тему разговора.

– Ты насчёт правды-истины среди рабочих не очень-то распространяйся! Они и так твёрдо убеждены, что мы все их обсчитываем и обкрадываем.

– Совершенную правду изволили сказать, вашскородие, – не замедлил согласиться Блохин, хитро улыбаясь.

На этом и окончилось первое знакомство Блохина с начальником цеха.

Новый мастер довольно быстро ознакомился с находящимся в его ведении оборудованием, с рабочими и порядками в цехе. Стало известно, что Блохин был уволен с прежнего места работы из-за столкновений с администрацией. Это сразу расположило к нему рабочих.

Как-то к Блохину подошёл токарь Фомин, худощавый брюнет с длинным смуглым лицом, и, лукаво прищурив свои голубоватые глаза, спросил весело:

– Говорят, вы, господин мастер, большой вояка?

– Бывало, – не заподозрив никакого подвоха, ответил Блохин.

– А больше ни с кем драться не приходилось? – уже тише спросил Фомин. – Ну как бы вам сказать… с местным… японцем, здесь?..

– К чему это ты, а? – насторожился Блохин.

– Да так! Разные, значит, бывают мастера! – уклончиво ответил Фомин. – Не все по одной колодке деланы…

– То есть? – подозрительно уставился на него Блохин.