Шоу Подбор (СИ)

Я расслабленно выдохнула, открывая глаза и встречаясь с тремя парами напряженных взглядов.

Роберт сделал осторожный шаг в мою сторону, но был остановлен движением руки мистера Арчибальда. Президенту оказалось достаточно вытянуть руку, как блондин, поморщившись, замер на месте.

Габриэль Арчибальд стоял практически рядом со мной и настороженно следил за каждым действием, как-то странно взглянув в сторону моих ног. Проследив за его взглядом, с удивлением обнаружила окровавленные коленки.

Ну вот, еще и мрамор их испачкала. На нем остались кровавые подтеки от разбитых коленей.

Печально вздохнув, перевела взгляд на третьего мужчину из компании. Он оказался мне не знаком, хотя родство с Арчибальдами явно прослеживалось. Тоже высокий, с массивным разворотом плеч, тонкой талией и сложным взглядом, который распознать я была просто не в состоянии. Смесь из уверенности, расслабленности и надежности.

От Роберта мужчину отличало то, что в нем не прослеживалось этой вспыльчивости, экспрессивности, юношеского максимализма. В нем не было того, от чего Роберту еще предстоит избавиться.

У него была та же уверенная осанка президента, легкое превосходство во взгляде, впрочем, не доходящее до слепой гордыни.

Несмотря на все эти сходства, в том, как они держались друг с другом можно было заподозрить даже ненависть.

— Пойду я, — говорю почему-то негромко. — поздно уже для вечерней пробежки.

— Мисс Оплфорд, — произнес президент с вибрирующими нотками. Ух, а я как-то и подзабыла, что голос у мужчины как горячий шоколад. Бархатный и тягучий.

— Да? — отзываюсь, впрочем, продолжая беззастенчиво рассматривать стоящего рядом с ним мужчину.

Никакого подтекста, просто его внешность действительно вызывала интерес. Как картина, скульптура или, положим, фотография. Смотришь на произведение искусства, изображающее человека, и думаешь, а что же он представляет из себя? Что значит россыпь паутинок в уголках глаз, выдающих в нем веселого человека? Откуда этот угрюмый след от морщинки на лбу?

— Я ожидаю вас завтра в кабинете сэра Аньелли, — произнес президент после весьма долгой паузы. — для обсуждения вопроса, выдвинутого вами на рассмотрение.

Я удивлённо вскинула бровь. Насколько помнит моя скромная, но напористая персона, я выдвинула ультиматум, а не вопрос. Впрочем, чего я ожидала от президента? Ему не приказывают, но просят. Его не заставляют, а умоляют. И, конечно, ему не диктуют условия, но выдвигают на рассмотрение вопрос.

Пожав плечами, я не стала напоминать при посторонних, что его мнение относительно этого вопроса совершенно не будет влиять на принятое мной решение.

Уходила я по-английски. То есть, не попрощавшись.