Шут и слово короля

 — Вдруг помогу чем?

— Сказал — нет! — буркнул Якоб, который теперь тоже был не в духе.

Значит, судьба. Потому что Эдин решил, если Якоб не возьмет его с собой, он найдет лошадь и съездит в Сарталь. Это же близко, несколько часов верхом — и вот он, Сартальский замок. Значит, Эдин вернется в Саль задолго до Якоба, все уже и позабыть успеют, что он отлучался.

Уже через час после отъезда Якоба Эдин внес залог за лошадь, которую присмотрел накануне в конюшне на рынке, — повезло, денег хватило. И ускакал по той же дороге. Он оделся просто, захватил только легкую сумку, в которой лежала бутыль с водой, лепешка и рубашка на смену.

Ну и, конечно, пара ножей, один в сапоге, и один за поясом, хотя считалось, что дорога до Сарталя — спокойнее не бывает.

ГЛАВА 9. Крутой поворот

Прохладное утро, хорошая лошадь, ровная дорога, мерный стук копыт, лишь пыль стелется позади — чего еще желать? Совесть не мучила: шатер уже поставили, работы в цирке почти нет. Накануне Эдин возился с Димерезиусом над очередным механическим приспособлением для фокуса, и они не закончили, но ничего, Димерезиус простит. Эдин оставил ему записку с обещанием вернуться уже назавтра.

Лес теперь гуще и теснее обступал дорогу, и сама дорога стала не так хороша, и ветки, бывало, склонялись так низко, что только успевай голову пригибать…

Вдруг дорогу преградили — несколько дюжих молодцев выступили из леса, один схватил за повод лошадь.

— Стой-ка, паренек. Куда это поспешаешь, а?

В первый момент Эдин растерялся. Отвлекся, задумался… эх, балда!

Их было пятеро, одетых как попало, но вооруженных: у того, что держал лошадь, в руке был короткий меч, второй, в потрепанном камзоле и мало подходящих к камзолу новеньких штанах, покачивал хорошей, на матерого кабана, рогатиной, третий сжимал лук.

Лук этот, как сразу же отметил Эдин, был менее всего опасен, потому что человек держал его очень уж неумело. Еще двое стояли сзади, вооруженные большими палками.

— Слезай, ну? И не бойся, желторотик, мы сегодня добрые. Эй, гляди-ка, да у него нож! — разбойник широко улыбался.

— Да, мы добрые! — охотно подтвердил тот, что с луком и тоже растянул рот в улыбке, показав редкие зубы.

Они сразу решили, что Эдин у них в руках и ничуть не опасен.

Почему это, интересно? Потому что любой из них вдвое его тяжелее?

Но меча нет. И слезать с лошади нельзя — пока он верхом, есть надежда.

Его лошадь. Она пряла ушами и беспокойно переступала. И она слышала Эдина. Он вдруг понял — она слышит, понимает. И ждет.

Этот, с рогатиной — он, если что, запросто достанет лошадь. Хотя, скорее уж он достанет Эдина, лошадь им нужнее.

— Ну? — теряя терпение, один из разбойников потянулся к лодыжке Эдина…

— Уже слезаю, дяденька, — сказал тот примирительно.