Съём без правил

Очень уж она меня интересует!

— Твоя самонадеянность впечатляет, Константин, но не стоит забывать, что он преуспевающей бизнесмен с кучей денег и связей.

Ей снова весело. Так и хочется впиться в эти губы поцелуем, да так сильно, до боли, чтобы она засмущалась и перестала нести чушь.

— Рядом с тобой мужчина, — напоминаю я ей.

— Марс в два раза крупнее, — подмигивает Марина.

— А я ловкий! Заканчивай ущемлять мое эго. Я занимался айкидо в пятом классе.

— Это где они с криками задирают ножки? Кияя!! — забавно подпрыгивает она.

— Останься мы в номере подольше, с криками ножки задрала бы ты, — ухмыляюсь.

— Вот уж нет, — еще громче смеется Марина, — тебя, после твоих пятидесяти баб, если ты не приукрасил конечно, в скипидаре надо держать сутки, для дезинфекции.

— Во-первых, я всегда предохранялся и часто сдаю особый перечень анализов.

— Меня это совершенно не интересует, — зевает Марина, осматриваясь, — ты можешь думать хоть о чем-то кроме этого дела?

— Какого дела, сладенькая? — говорю тихо, почти ласково, рассматриваю ее с ног до головы, она смущается.

Теперь я вижу, что она снова краснеет.

— Того самого, — прочищает горло Марина, рассматривая ручку на двери в номер.

— Ты боишься этого слова? — шепчу, приближаясь, она непроизвольно отступает.

— Нет, просто не вижу смысла называть его.

— Забавно, — раздеваю ее глазами.

Марина разворачивается, отходит дальше, прижимаясь спиной к стене.

— Не забавнее, чем то, что мы таскаемся за чужим парнем.

Расстояние между нами ещё немного сокращается и теперь, если я поставлю ладонь над ее головой, оперившись о стену, смогу в полной мере ощутить ее близость. Мне кажется или Марина дрожит?

Моя невинная кошечка теряется. Близость мужчины ее пугает не меньше, чем несущийся навстречу самосвал.

— Мы уже пришли, — сообщаю ей шепотом.

— Жаль, мне так нравилась наша прогулка.

— Ты кстати в курсе, что сарказм — низшая форма остроумия? — все-таки ставлю руку над ее головой.

Марина выскальзывает, разрывая между нами зрительный контакт.

— Как мы будем врываться, Джеймс Бонд? И доставай фотоаппарат, не хочу, чтобы ты пропустил лучшие кадры.

Приподнимаю левую бровь и медленно расплываюсь в улыбке.

— Стучи и говори: «Обслуживание номеров!».

— Ах вот, зачем я тебе была нужна. Молодой женский голос. Как же это гнусно, Озерский, — вздыхает Марина и заносит кулачок, чтобы постучать в дверь.

— Гнусно было использовать фотки чужих причиндалов на сайтах знакомств, а это вообще ни разу не гнусно.

— О боже, зачем я это услышала? — забавно морщит носик Марина.

 — Стучи давай, и погромче, а то за стонами не услышат.

А дальше все тянется, будто в замедленной съемке. Картинки меняются, а я стою, почему-то подумав о самом дорогом мне человеке.