Сколько стоит ваше сердце?

И только на полпути ее вдруг нагнала странная мысль: А как этот охранник узнал, где ее искать? Но, подумав немного, Алета решила, что, скорее всего, искали везде — и выбросила ее из головы.

Император бросил взгляд на секретаря: понял? Успел?

— Барон, — тот брезгливо поджал губы, — неотесанный мужлан. Высечь на конюшне и выкинуть.

— За глупость, — отрезал секретарь, — бунт ему в Кайоре померещился. Кайора усмирена надежно, два гора назад. И там имеется наш гарнизон, где капитаном — преданный человек.

— А скажи-ка мне, любезнейший, когда в Кайоре был предпоследний бунт?

— До того, как вы послали туда…

— Три года назад, ваше императорское величество.

— Четыре с половиной года назад.

— Это было еще при вашем отце… шесть лет назад, ваше императорское величество.

Дураком секретарь не был. А спесь… Это лечилось. Иногда даже без порки на конюшне. Достаточно было натыкать носом в факты, как породистых щенков тыкают в лужу, которую они сделали не в том месте.

— Но там наш гарнизон…

— Если за год нельзя найти подходы к капитану гарнизона, значит, в этом мире что-то не так, — задумчиво проговорил Рамер Девятый. — И еще баронесса…

— Замуж ее нужно отдать поскорее, — сказал секретарь, — лучше всего — прямо сейчас.

— Да? — император шевельнул бровью, — и за кого же?

— Разве у вас мало преданных людей? Мой старший сын, виконт Валси…

— Да ты совсем сдурел, любезнейший? — изумился император, — мальчишке четырнадцать лет, ему в солдатики играть.

— С вашего позволения… горничных он уже щупал…

— Вот именно, — фыркнул Рамер, ни на секунду не принявший предложение всерьез, — и что будет дальше? Женится — и продолжит… щупать? А у супруги стратегически-важное владение.

— И зачем он тогда будет нужен жене? — император еще не смеялся, но был к этому близок. Секретарь тоже понял, что подкат не прошел, а если так, отчего бы не пошутить, — Нет, Лекс, отрывать яйца мальчику ни к чему. Лучше дать перебеситься и женить, когда гон пройдет. А баронесса… Замуж ее, безусловно, отдать необходимо. За кого — посмотрим, что будет нам выгоднее. Я поручаю тебе составить список, и напротив каждой фамилии написать во-первых, почему этот дворянин может быть предан Империи и императору. А во-вторых… во-вторых, почему он может предать. Недостатки. Пороки. Семейные неурядицы. Долги. Ну, не мне тебя учить. И — пригласи баронессу.

Обжора озадаченно посмотрел на Эшери. Они сидели на крыше шикарного особняка баронов Шайро-Туан, в тени широкой каминной трубы, возвышавшейся над всей Кайорой.

— Традиционное приветствие. На картаэльском.

— Почему не на фиольском?

— Чтобы слуги не подслушали. Здесь приграничье, язык ближайших соседей знают все.

— А тебе и картаэльский знаком?

— Не в совершенстве.