Скованные

Медленно повела кончиком носа вдоль шеи, изредка "случайно" касаясь и подмечая, как под ладонями подергиваются мышцы в этот момент.

— …и получить удовольствие, — прошептала на ухо, — а не болезненное напряжение…

— Стерва, — длинный выдох пошевелил волосы.

Похоже на комплимент.

Закусила губу в попытке удержать от улыбки, но не вышло. Заглянула Максу в глаза. Сколько там затаилось будоражащих обещаний…

Он потянулся к губам, а я чуть отклонилась назад.

— Надо успеть до конца завтрака, ты же знаешь.

Руки прошлись по спине, задержались на талии, словно стремились запомнить как можно больше.

— Моя смерть от неудовлетворения будет на твоей совести, — предупредил Макс с усмешкой и двинулся на выход.

Пошла следом, улыбаясь ему в спину.

Что со мной происходит? Откуда эта неопознанная радость? Может я уже сошла с ума и пребываю в бреду?

— От этого еще никто не умирал.

— Иначе бы это было известно.

Макс подождал, когда я выйду из квартиры.

— Тогда я буду первым, и все об этом узнают, — он закрыл дверь и кивком указал в сторону лифта.

Он встал за спиной и щедро окатил волной своего желания. Это пробрало примерно как раньше, только с четким ощущением, что так и должно быть.

Странности не заканчиваются. Они, похоже, только начинаются, и пока непонятно, нравится мне это или нет.

Уголок пластыря выглядывал из-под воротника Макса. Заметят.

Вздохнула, упираясь взглядом в окно авто. Не имеет значения пластырь, все и без него поймут. По запаху.

Очередной недовольный выдох ненадолго остался мутным пятнышком на стекле.

Что за этим последует?

Столичный альфа с меткой от биомусора без метки. Не хочу представлять реакцию общества, она будет отвратительна в любом случае.

Малин включил музыку. Под меланхоличные песни негодовать легче. Порадовалась, что он не пытался завести разговор: я с легкостью могла высказать все и даже больше, а с закрытым ртом вероятность, что он не откроется, высока.

Машина заехала на парковку универа.

Суббота, первый выходной. Студенты не торопятся, обычно долго сидят в столовой. Не все, но большинство.

Попаду Спенсеру на глаза, чтобы заметил, и ретируюсь. Не помру до обеда. На него Макс обычно не приходит, как и на ужин.

Полупустой холл прошли без повышенного внимания, спокойно дошли до столовой. Сердце взяло разгон, сбивая ритм дыхания.

Черт. Почему я волнуюсь?

Макс выглядит так, будто ему все равно. Почему не все равно мне?

За моим столом сидела одна Нэнси. Она допивала чай, перед ней стояла пустая тарелка.

Из-за стола Макса вышла Оливия. Дрейка не было. Опять. Куда он запропастился?

— Привет, — я села на свое место, взглядом следя за Малиным.

Тревожный пульс порождал неприятные ощущения.

Неясно, с чего вдруг появилась тревога за Макса.