Славянский викинг Рюрик. Кровь героев

В Изборске торгуют и наши новгородские купцы, и все города Балтийского моря, и из Хазарии приезжают, и из далекой Византии наведываются… Да мало ли торгового люда обретается! А ремесленников сколько, изделий ремесленных неисчислимо!.. Так вот, является порой в Изборск кое-кто из соседних племен, разносят весть о его несметных богатствах. Ну и находятся охотники поживиться. Но мы им сейчас покажем!

В войске неприятеля тем временем запели трубы, ударили барабаны, и лавина воинов с громким криком рванулась вперед.

– Обрати внимание, князь, – наклонился к уху Трувора воевода. – Бегут эти дикие люди толпой. Полагаются они на первый натиск. Дескать, ударят изо всех сил, и мы побежим. Но видишь, как наши воины стоят? Ровной линией, строем. В глубину – десять рядов. Они смогут выдержать не только первый удар, но в состоянии выстоять долгий бой. Чего недостает этой дикой толпе. Вот посмотришь, ненадолго их хватит!

Неприятель приближался. Уже стали видны искаженные криком лица, и Трувору казалось, что бегут они прямо на него, что больше всего их прямо перед ним, а жиденькая цепочка наших воинов не устоит против такого бешеного напора, будет смята, и тогда неприятель накинется прямо на него, и он не успеет даже коня повернуть вспять и ускакать с поля боя. Ему виделось, что все мечи и пики врагов нацелены только на него, что все стрелы предназначены только ему… У него сжался и сильно заболел желудок, и стало мутиться в голове.

Он искоса взглянул на воеводу. Тот спокойно сидел на коне и невозмутимо наблюдал за сражением. «Все в порядке, все будет хорошо», – начал успокаивать себя Трувор, удерживаясь от поспешного бегства.

Вражеская толпа с треском и грохотом обрушилась на строй изборцев. Лязг оружия, истошные крики, ржание коней заставили содрогнуться Трувора. «Какие силы надо, чтобы выдержать такое? – с ужасом думал он, невольно вдавливая голову в плечи. – Как они разбирают, где враг, а где свой в этой страшной сумятице?»

Правый край изборцев стал медленно пятиться. Воевода тотчас тронул своего коня, подскакал к личной дружине, стоявшей позади холма, и повел ее за собой. Конники сразу перешли в галоп и, обогнув пеших воинов, стремительно ударили в бок противнику. Не ожидавший такого удара, враг заметался и стал отступать. Приободрились изборские пешие воины и усилили напор по всей линии сражения. Трувор видел, как заметались начальники подразделений противника, призывая своих воинов стоять до конца. Но было ясно, что враг надломлен, что у него пропал задор, иссякла вера в скорую победу.

Дружина воеводы между тем врубилась в толпу неприятеля и погнала ее к лесу. Это было началом общего отступления врага. Началось преследование противника и безжалостное его истребление.