Славянский викинг Рюрик. Кровь героев

Под сводами храма гремел орган.

Из храма Рерик вышел потрясенный. Жалкими ему показались низкие холмики капищ с кострами и выставленными на жердях черепами священных животных, вырубленные из дерева боги.

Они обошли величественный храм снаружи. Ильва прикоснулась пальцами к его стенам из темно-красного бутового камня, ощутила холод и произнесла, обращаясь к Рерику:

– Как люди сумели возвести такую красоту? Уж не сам ли Господь Бог вдохнул в это создание свою чудесную силу?

Потом они бродили по улицам Аахена. Деревянные домишки чередовались с богатыми особняками купцов, дворцами герцогов и короля.

Узкие улочки были уложены неотесанными жердями, кое-где умощены камнем.

Их привлек рынок. Чего здесь только не было в продаже: аметистовые и гранатовые броши, костяные расчески, серебряные зеркала, в которых лицо можно было разглядеть лучше, чем в ручейке, свечи, различные масла, благовония, в избытке лежали великолепные ткани, полотна домашнего изготовления.

Продавцы наперебой предлагали разнообразную снедь: и рыбу, и буханки хлеба с клеймом пекаря, и имбирь, и сахар, и вкусные печенья…

Ильва потащила Рерика к тем лавкам, где продавались драгоценности.

Ее глаза разбежались от обилия украшений.

Рерик купил ей медовых пряников, выпеченных в виде птичек и зверюшек, подарил янтарные бусы и серебряные серьги. Радости ее не было конца. Она гладила драгоценности и поминутно поворачивалась к Рерику, спрашивая:

– А серьги мне идут? А бусы к лицу?..

Потом они пошли по улицам Аахена, через пригород направились к дубовой роще. Они разговаривали о пустяках, но им казалось, что они обсуждают что-то важное и значимое; ими овладели необыкновенная радость и беспричинная беспечность.

Они шли и улыбались неизвестно чему, все им казалось прекрасным и необыкновенным. Изредка касались пальцами рук, потом он взял ее руку и уже не отпускал. Они остановились возле развесистого дуба, он легонько привлек ее к себе, и вдруг невидимая сила бросила их в объятия друг другу…

Она первой отстранилась от него, произнесла в полузабытьи:

– О Рерик! – и прильнула горящей щекой к его груди.

Он гладил ее по густым волосам, пьяный от счастья…

Но вдруг она сказала:

– Что – невозможно?..

– Наш брак. Он неосуществим.

– Ты – язычник, а я – христианка!

– Тогда переходи в язычество.

– Христиане не возвращаются в язычество…

Рерик немного подумал. Он вспомнил церковь, то потрясение, которое испытал, находясь в нем, произнес:

– Тогда я перейду в христианство.

– Да. Ради тебя я готов на все.

И с этого момента для них начались дни безмерного счастья.