Табор смерти

Он упорно делал вид, что дошел до кондиции, ничего не слышит и ничего не понимает. Хотя было все с точностью до наоборот. Очень уж ему было интересно, куда этот разговор с заезжим уголовником заведет.

Особенность у Циркача была редкая и полезная – пьянел он очень медленно и никогда не терял над собой контроля. Это обстоятельство не раз помогало ему, притом по-крупному. Вот как сейчас.

– А вы не опасаетесь тут так шумно гулять? – Дюпель обвел взглядом пьяное общество и заваленный яствами стол. – Стремно же!

– Не-а, – важно протянул Оглобля. – Мент сюда боится даже нос сунуть. Так мы себя на Деляновке поставили.

– Уважаю! – поцокал языком Дюпель.

Милиция и правда сюда не заглядывала, это было предметом особой гордости местных обитателей – мол, блатота настолько сурова, что даже власти ее стороной обходят. На самом деле не трогали эту малину благодаря Саше Циркачу. Почему – это тема отдельная.

Вообще, Саша Циркач был тут теперь за бугра. Дослужился после того, как вор в законе Куцый отправился к хозяину в солнечный Магадан.

– Дюпель, как на духу скажи, ты работать сюда приехал как волк-одиночка? – вдруг резко спросил Оглобля, прояснившимся и острым взглядом вперившись в собеседника. – Замки ломать?

– Да какое там, – отмахнулся тот. – На подхвате я. Взяли меня, как знатного шоферюгу.

– Домушника шофером? – посокрушался искренне Оглобля. – Ох, времена пошли!

– Так срослось по жизни.

– Да несколько адресочков по области надо навестить, – поведал Дюпель. – Потрясти толстых и богатых.

– Кого трясти будете?

– Осколки темного прошлого. Попов мы щиплем. Да так, что только перья летят, – с гордостью доложил Дюпель.

– Вот оно как. Ну что ж, дело хорошее.

– Богоугодное, – хмыкнул Дюпель, которого развозило все больше, и он уже не мог остановить поток слов. – Кровососы они, попы эти. Вон, в Березах один такой пристроился. Как клоп насосался. Опиум для народа, едрить его в корень!

– Все равно непорядок, – веско объявил Оглобля. – Общаку должны доложить, что работать в наших местах будете.

– Так я винтик мелкий. А бугор у меня такой… Ему этот общак до одного места. Ох и страшный, аспид. У меня от него колики в печени. Как зыркнет, – Дюпель пьяно всхлипнул.

– Кто ж это такой сурьезный? Я его знаю? – заинтересовался Оглобля.

– Копач погоняло. Случайно нас нелегкая свела. Ему шофер-механик нужен. А ты знаешь, я все могу. Но… Сто раз раскаялся, что связался с душегубом.

– Он по мокрухам, что ли?

– Да ну, ты знаешь… – заюлил Дюпель.

– Стоп! Я в душу не лезу. Дело твое. Но запомни, бродяга. Кража – это да. А мокруха – подлое дело. За это и выпьем.

Звякнули стаканы. Старые кореша выпили и постепенно начали погружаться в пьяную дрему.