Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

Жюль Верн слушал меня молча, механически помешивая серебряной ложечкой черный турецкий кофе в маленькой фарфоровой чашечке:

– Месье Тамбовцев, – тихо сказал он, подняв на меня печальный взгляд, – неужели русские всегда будут смотреть на мою любимую Францию как на врага?

– В политике и дипломатии нет ничего невозможного, – сказал я, – надежды на нашу дружбу для Ротшильдов, Мак-Магонов, Тьеров и прочих аристократов «золотого тельца», скорее всего, нет и не будет. Так в жизни бывает, что грязную игру ведут политики и финансисты, а расплачивается за проигрыш в этой игре, как правило, простой народ.

Причем расплачивается своей кровью и своими страданиями.

Мы не собираемся враждовать с французским народом или завоевывать Францию. Ваша страна, месье Верн, должна изменить свою политику в отношении России. Французы сами должны решать свою судьбу. Сказать честно, мы не собираемся уничтожать даже Англию, которая сделала России и русским столько зла. Она вынуждена будет стать просто Англией, страной на Британских островах, без ее заморских колоний. Кстати, Ирландия, Шотландия и Уэльс могут задуматься, а не лучше ли будет для них стать процветающими и самодостаточными европейскими государствами.

Месье Верн, давайте на этом покончим с политикой и перейдем к любимой нами литературе. Позвольте рассказать вам анекдот, который был бы сейчас вполне актуален?

– Расскажите, месье Тамбовцев, – оживился Жюль Верн, – я никогда не слышал раньше русских анекдотов.

– Итак, – начал я, – одна дама легкого поведения за немалые деньги решила, что пора приостановить свой промысел и съездить на курорт отдохнуть. Одевшись как скромная молодая вдова, она села в поезд и вскоре оказалась на пляже среди пальм.

Там она случайно встретилась с состоятельным молодым человеком, который начал настойчиво предлагать ей вступить в отношения, в просторечии именуемые «курортным романом». – Жюль Верн понимающе кивнул. – Дама посмотрела на молодого человека профессиональным оценивающим взглядом и спросила: «Месье, скажите, а каков род ваших занятий?» – «Я владелец железной дороги, мадам», – гордо ответил тот. «Тогда представьте, месье, – говорит ему дама, – вы приезжаете на курорт, а там вместо пальм и пляжа, кругом паровозы, паровозы, паровозы…»

Жюль Верн долго смеялся, а потом, успокоившись, спросил у меня:

– Месье Тамбовцев, а почему вы считаете, что этот замечательный анекдот так актуален для нашего разговора? С вашего позволения я буду рассказывать его своим друзьям, от перевода на французский язык он будет еще пикантнее.

– Месье Верн, просто я, как та дама, целыми днями кручусь в мутных и дурно пахнущих водах международной политики. Я хочу поговорить с великим писателем – а тут опять политика.