Царица темной реки

Я даже имя его видел в документах, но давно выкинул из памяти – к чему оно мне? Полгода назад был тяжелый встречный бой с немецкими панцерниками, такой, что небу жарко стало. Танк этого генерала мы и подбили, а когда они повыскакивали раньше, чем их панцер загорелся, Сема, высунувшись из башенного люка, срезал троих из автомата, а генерала за несколько секунд до того положил из пистолета Игорь. Так что именно ему законный трофей и достался.

– Шикарная машинка, – прокомментировал Шалин.

Следователь выщелкнул обойму, передернул затвор. Как я и ожидал, патрона в стволе не оказалось. Ни малейших эмоций у него на лице не отразилось – прицепиться тут было решительно не к чему, совершенно житейское дело. Трофейные пистолеты таскало в вещмешках и чемоданах превеликое множество военного народа, от рядовых до генералов. Это абсолютно не преследовалось и не запрещалось, вот разве что узрей офицер у сержанта такую вот «шикарную машинку», забрал бы себе без церемоний, и тут уж протестовать не полагалось согласно еще одной неписаной армейской традиции. Игорь как раз и собирал исключительно «шикарные машинки», считая этот «вальтер», у него их было уже три.

Спрятав пистолет себе в карман, следователь спросил:

– Он что, опасался чего-то? Здесь, в этой покойной глухомани? Раз и на свадьбу пошел с пистолетом в кармане?

– Да нет, чего тут опасаться, – ответил я. – Просто… Как вам сказать… Оставалось у него в характере что-то мальчишеское – так со многими в его возрасте бывает. Страшно он этот пистолет любил. Может, еще и потому, что старого хозяина, генерала, ухлопал собственноручно. Вот и таскал в кармане всякий раз, когда мы оказывались в мирной обстановке, вот как здесь…

– Понятно, – проворчал следователь. – И следов борьбы нет, и оружие не взято, и утопился он как-то очень уж аккуратно… У вас, старший лейтенант, хоть чему-то хоть какие-то объяснения есть?

– Никаких, – сказал я.

Соврал, конечно. Объяснений у меня и в самом деле не было никаких, но вот смутные, не оформившиеся еще догадки теплились. Только я ни с кем пока что не собирался ими делиться…

Следователь, глядя в сторону солдат у «Доджа», поднял левую руку, прижав большой палец и выставив растопыренные остальные, а правой сделал призывный жест. Поняв его правильно, они быстрым шагом направились к нам. Старшим у них был усатый сержант с орденом Красной Звезды и двумя медалями (остальные трое – рядовые). Еще одно неписаное армейское правило: даже если военных всего двое, один непременно будет командиром, а второй подчиненным, даже если оба рядовые.

Сержанту следователь и приказал:

– Отнесите тело в машину. Отвезете в райцентр, в полковой госпиталь. Я сейчас напишу записку главврачу, так что подождите.

– Есть! – браво рявкнул усач-сержант.