Убить босса!

– Понимаешь, я ведь бывший уголовник, и поэтому мой мозг устроен таким образом, что мне категорически невозможно сдавать кого бы то ни было в милицию, полицию, ФСБ, ФБР… Видишь ли, когда сдаешь копам гада, копы выколачивают из него слишком много пыли. За это им присваиваются очередные звания, выплачиваются премии, на грудь вешают медали. А сенаты и городские советы, видя, как рьяно борются за порядок их присные, начинают выделять дополнительные средства для борьбы с преступностью. То есть, со мной и мне подобными. Такая вот палка о двух концах… Хотел сделать как лучше – помочь блатному миру и сдать гада, а вышло скверно – палка развернулась и прошлась по спинам правильных парней.

Вынув из пачки последнюю сигарету, Мартынов посмотрел сначала на небо, потом – на собеседника. Посмотрел так, что у Малкольма возник внутренний дискомфорт. Что готовит этот русский «правильный парень»?..

– Простить тебя я не смогу никогда, Стив… Гуманистические демарши не вписываются в рамки моих правил. Но не могу и расправиться с тобой легким образом – послать копии документов в Федеральное Бюро. Там столько имен и дат, что палка, переломившись, снесет головы тем, кого я считаю порядочными людьми. Вот, посмотри-ка ты, какая дилемма… Я как тот буриданов осел, что умер от голода меж двух охапок сена, не в силах выбрать ни одной. Что делать, Стив?

– Но согласись, Эндрю, что оставить тебе десять миллионов долларов я тоже не могу… Вот если бы ты стал мужем Мэри…

– Снова разногласие. Я не верну тебе деньги и никак не могу стать мужем Мэри. Тебя не забавляет наш разговор? Наверное, вся Америка хотела бы в нем участвовать.

– Эндрю, я предлагаю хорошую идею… – Эта мысль пришла в голову Малкольма только теперь, когда он понял, что русский не остановится ни перед чем. – У тебя есть… дети? Дети, о которых я не знаю? Ну, всякое бывает в жизни…

Андрей посмотрел на него с нескрываемым удивлением, с каким, верно, посмотрел бы в зоопарке на заговорившего питона.

– Ты их хочешь усыновить?

Малкольм скинул с плеч пиджак, бросил на траву и уселся, предлагая Мартынову поступить так же. Андрей посмотрел по сторонам и опустился на газон рядом. Свой пиджак снимать он не стал, поэтому сел на пиджак босса. Кажется, одно это должно было сказать Малкольму о многом, однако, захваченный внезапно осенившей его мыслью, он этого жеста не заметил.

– Ты приехал сюда не для того, чтобы поболтать, верно, Эндрю? Расскажи мне о своих планах, и мы скорректируем их по обоюдному согласию. Я не знаю, что ты мне предложишь в мелочах, но о главном я, исходя из только что сказанного, догадываюсь. Оставь амбиции, просто расскажи.

– Изволь, – щелкнув зажигалкой, Мартынов с удовольствием затянулся и зажмурился.