Удержаться на краю

И теперь Ирка, торопящаяся навстречу собственному страху в виде Лешеньки, кажется еще более фальшивой, чем когда минуту назад выражала сожаление по поводу безвременной кончины всеми ненавидимой и дружно презираемой Надежды.

– Ага, давай. – Мила ухмыльнулась: – А мне пора делами заняться.

– Ну какие у тебя дела, ни мужа, ни детей, живи да радуйся. – Ирка вздохнула: – А тут как на каторге, еще и маман донимает.

– Так на кой хрен ты замуж выходила, если каторга? – Мила терпеть не могла подобные разговоры. – Жила бы и ты в свое удовольствие.

– А вот дура была… да и мать тоже: «Без росписи ни-ни, узнаю – убью», и ведь убила бы, я ж ее знаю.

– То есть ты вышла замуж, чтоб легально трахаться? – Мила фыркнула: – Ну, тогда кто тебе доктор!

Ирка обиженно поджала губы и развернулась к выходу.

– Кстати, а ты сегодня утром тут – ну, чисто случайно – никого не видела? В смысле, чужих? – уточнила Мила.

– Говорю тебе – полчаса назад как вернулась, все пропустила.

– Да ладно, на твой век хватит трупов. – Миле доставляет огромное удовольствие подкалывать соседку. – Народу много, глядишь, вскорости еще кто-то ласты склеит, а ты тут как тут.

– Да вот кабы так-то… – Ирка горестно вздохнула, но потом, спохватившись, охнула: – Вот вечно ты меня подловишь и заставишь ляпнуть что-то такое!

– Да кто ж тебя заставляет? – Мила засмеялась. – Сама ведешься на все.

Та выглянула в просвет перил:

Голос Мила узнала – это Иркин муж Олег, серьезный молодой мужик. Вроде бы занимается какими-то перевозками, но это не точно. Иркину болтовню насчет мужа Мила не слушала, но всегда удивлялась, что нашел Олег в ее соседке.

– Мать спрашивает, куда ты подевалась.

– Видала? – Ирка поморщилась: – Минуты не дадут, контролируют, будто я соплюха какая.

Олег поднялся на один пролет лестницы, и Мила кивнула ему. Нормальный мужик – самый обычный, но очень аккуратный, всегда подтянутый, даже сейчас одет в джинсы и клетчатую рубашку, в отличие от жены, замотанной в цветастый махровый халат. А вот поди ж ты – живут и даже ездят чувства освежать!

Олег с тещей пребывали в состоянии вооруженного нейтралитета. Инга Филипповна признавала, что зять нормальный и деловитый мужик, но то, что он женат на Ирке, нивелировало в ее глазах все достоинства парня.

А Олег уважительно называл тещу «мать» и признавал ее лидерские качества во всем, что касалось дома, но не в отношении себя. И только Ирка была там камнем преткновения. Самое смешное – Лешка невероятно любил именно мать, хоть в грош ее не ставил. Но всякий раз, засыпая, крепко обнимал ее и ложиться без матери вообще отказывался.

– Ир, мне по работе надо, а мать там…

– Да иду я, иду! – Ирка кивнула Миле: – Ладно, пока.

– Как же это Леха вас отпустил на дачу?

– Я ему машину электрическую пообещал.