В отсутствие начальства

– Первой гильдии и живет в Граево? Там ведь по ту сторону станция Просткен?

– Именно так, – подтвердил помощник полицмейстера.

– Как зовут вашего купчину?

– Гиля Ельевич Шалыт.

Лыков сделался чрезвычайно серьезен:

– Владимир Эдуардович, мне нужно, чтобы этот человек честно ответил на мои вопросы. Я собираюсь в те места по… просьбе военных.

– Понятно, – кивнул титулярный советник.

– Как лучше построить разговор? От искренности Шалыта многое зависит.

– И как это поможет разговору?

– Вы побеседуйте с ним откровенно. Про шпионаж не надо, а вот про то, что ищете убийцу, упомяните. И задайте ваши вопросы.

– Без всяких экивоков?

– Да. С Гилей Ельевичем лучше по-честному, фальшь он почувствует и замкнется.

– Понял. Подскажите, где его найти.

Лыков записал адрес и удалился. Он не верил в честность купцов первой гильдии, тем более евреев, но чем черт не шутит?

Вечером статский советник встретился с подполковником Проданом и сказал, что готов ехать. Но сначала ему надо попасть в Граево. Контрразведчик удивился:

– Есть идея. Зарако-Зараковский, возможно, ездил за секретным документом о пробной мобилизации Осовца в саму крепость…

– Кто бы его туда пустил!

– Ну, в окрестности, – поправился сыщик. – Или крепость торчит как пуп земли и вокруг нее пустота?

Игорь Алексеевич примирительно поднял руки:

– В точку попал, твое высокородие. Вокруг множество деревень. Населены они жмудами, поляками, евреями, даже немцы есть в изобилии. Так что все секреты на виду.

– Кто отвечает за соблюдение тайны? Крепостная жандармская команда?

– Да. Выходит это у них так себе, судя по твоим находкам, – скривился контрразведчик.

– Почему именно дешевых?

– Потому, твое высокоблагородие, что настоящие ювелиры с новым золотом не работают. Ну, когда наш поезд?

– Завтра в семь до полудни.

– Еще успеем испить пива фабрикации акционерного общества Ефременкова и Мачульского.

Через сутки Лыков вышел на дебаркадере станции Граево. Продан остался в крепости толковать с жандармами.

Статский советник не раз бывал в Германии, но всегда въезжал в нее через другую пограничную станцию – Вержболово. Граево играло не менее значимую роль в русско-германской торговле, но пассажиров здесь было мало, все больше товарные грузы. Обороты с Кенигсбергом и Данцигом проходили через этот пункт. Потому и таможня здесь имелась первого класса, такие ставили лишь на самых важных станциях. Собственно местечко Граево Щучинского уезда Ломжинской губернии славилось разве что огромной фабрикой по производству тесьмы.

Алексей Николаевич не стал тратить время на туризм, хотя прусская станция Просткен-Зальцведель была в полуверсте отсюда и заграничный паспорт у сыщика имелся. Он сразу отправился на поиски нужного ему человека.