Венец безбрачия белого кролика

Я отказалась раздеваться, меня выгнали. Марго не стеснительная. Она с готовностью все с себя скидывала. Родители вернулись, когда мы с сестрой получили аттестаты с одними тройками. Мать нам ничего не сказала, отец обозвал такими словами, которые я не повторю, это неприлично. Потом папаша заявил: «Будете хозяйство вести». И уволил домработницу. Марго денек с веником побегала и мне сказала: «Хватит. Пойду к Зуфарову, он богатый мужик, на меня облизывается. У него приятель есть. Хочешь, тебя к его другу пристрою?» Я отказалась. Утром Марго уже дома не было, а я несколько лет убирала, стирала, гладила, готовила… Жизнь превратилась в бесконечный день сурка. Потом папаша решил меня за Попова выдать. Я тогда уже могла с кем угодно в загс пойти, лишь бы из дома вырваться. Да попала в еще худшую историю.

— Филипп был нервный, истеричный. Требовал, чтобы все шло, как он хотел. Подаю ему чай, он вопит: «Ложка не та!» И хлобысь меня по голове. Все ему не так, все плохо. Я сначала честно хотела ему угодить, спрашивала: «Объясни мне, как правильно?» Ответ: «Правильно — это правильно. Сама догадайся». Бил он меня с восторгом, соседи не мои крики слышали, а мужа. Это он орал от эмоций, нравилось ему, что мне больно. Два ребра мне сломал, руку. С последней я в травмпункт пришла, сижу в очереди, рядом со мной сел Семен. Зима была, он упал, подвернул ногу. Народу там тьма! Сеня спросил: «Шлепнулись и руку повредили?». Я соврала: «Да». И мы разговорились. И вдруг! Филипп! Уж как он догадался, где я? Вошел, схватил меня, трясет. «Зачем сюда приперлась!» И хренак мне кулаком в живот.

Артемона закрыла лицо руками. Глаголев крякнул.

— Я встал, как дал ему в рожу! Подлец упал. Я сказал ему: «Еще раз тронешь ее, убью». Вот с того дня мы стали общаться. Это правдивая история нашего знакомства. Я никогда не жил в Полоскине. Дядя опекун был, дом его с книгами — тоже, но особняк находился совсем в другом месте. Предпочитаю правду о себе никому не говорить.

— Филипп вскоре завел себе любовницу, — пояснила Арти, — я попросила развод. Он не дал, шипел: «Заплатил твоему отцу. Я его зять. Поэтому могу тратить бабло своего папки без страха. Живи, крыса, где и с кем хочешь, но по закону ты моя жена».

Артемона неожиданно улыбнулась.

— Семен снял квартиру, я туда перебралась, стала работать у него секретарем.

— У Арти открылись способности, — гордо произнес Глаголев, — она гениальный помощник. Я без нее как без рук.

— Вы довольно долго жили без регистрации брака, — заметил Борис. — Филипп не давал развода жене, а Екатерина — мужу. Вам достались неприятные спутники жизни.

— Ну, это позволило нам понять, как мы любим друг друга, — улыбнулась Арти.

— Какие отношения связывают вас с Варварой Крапивиной? — поинтересовался я.