Волшебный компас Колумба. Неизвестный шедевр Рембрандта

– Наверное, нужно выйти на воздух! – поспешно проговорил Платон Николаевич. – Пойдем, прогуляемся!

В его движениях появилась какая-то странная суетливость. Он взял Тоню под руку, повел ее к двери.

Тоня хотела сказать, что никуда не хочет идти, а лучше немного полежит, но ее охватила странная апатия. Она послушно, автоматически переставляла ноги, не в силах ничего сказать.

Рик заскулил, двинулся за ними.

– А… Рик… Он пойдет с нами? – проговорила Тоня, едва шевеля языком.

– Нет. – Платон Николаевич перехватил поводок Рика, привязал к ножке стола. – Ему нужно остаться здесь, скоро придет наш завхоз, посмотрит на него.

– Хо… те… ли… – с трудом выговорила Тоня и послушно последовала за сторожем.

Они вышли на улицу, подошли к знакомой машине, Платон Николаевич открыл дверцу, толкнул Тоню на пассажирское сиденье.

Тоня хотела возразить – зачем садиться в машину? Они ведь хотели пройтись по свежему воздуху? Однако сил возражать и сопротивляться у нее не было, она послушно села, и они куда-то поехали.

Тоня тупо смотрела перед собой. Мысли ворочались у нее в голове, медленно перекатывались, как тяжелые валуны.

С ней происходит что-то неправильное, что-то плохое. Куда везет ее Платон Николаевич? Почему они оставили Рика в музее?

– Куда… мы… едем? – спросила она еле слышно.

– В одно место… – пробормотал Платон Николаевич. – В одно хорошее место… Там тебе будет удобнее, чем в музее…

– Прости меня, девонька! – проговорил вдруг сторож, и по его щеке вдруг поползла слеза.

– За… что… – выдавила Тоня.

Она хотела спросить, за что Платон Николаевич просит у нее прощения, но не смогла выговорить такую длинную фразу.

– Прости, девонька! – повторил он трясущимися губами. – Я бы тебе не сделал ничего плохого, но они… они похитили моих внуков…

Час назад, когда он ответил на звонок с неопознанного номера, незнакомый голос, скрипучий и холодный, как металл на морозе, проговорил:

– Платон Николаевич?

– Да, это я, – ответил сторож, и настроение у него резко испортилось. Хотя ему еще ничего не сказали, но от такого голоса можно было ждать только неприятностей. Причем серьезных неприятностей.

– Платон Николаевич, Саша и Паша у нас.

– Что? Что значит – у вас?

– Это значит, что мы похитили ваших внуков, и только от вас зависит, получите ли вы их обратно и в каком виде вы их получите. Молчите, не перебивайте меня! Слушайте, что вы должны сделать, чтобы вашим внукам не причинили никакого вреда.

Платон Николаевич почувствовал, как душу его заполняет какая-то черная вязкая масса. Он не мог говорить, только слушал страшный голос.

– Вчера вы подсадили на шоссе девушку с собакой, привезли ее в музей. Насколько нам известно, она и сейчас там.