Время жить. Пенталогия (СИ)

Теперь, когда все нити управления боем были потеряны, ему оставалось только пожертвовать самим собой.

Сорок танков идут по перешейку. Ровно треть колонны, отправившейся в поход четырнадцать филлинских суток назад. Две пятых от того отряда, что этим утром начал переправу через Ламинский пролив. Меньше половины той маленькой армии, что всего час назад азартно неслась навстречу схватке…

Но согласитесь, разве цифры так важны? Важен итог. По перешейку идут победители. Антигравы отключены — как справедливо полагают на корабле, в еще дымящейся, разрытой и перекопанной земле уже не может скрываться никаких мин.

По танкам никто не стреляет. В воронках белеют острые выщербленные осколки бетонных колпаков дотов. Скалы слева напоминают каменоломни, за ними вьется в небо сизый дымок — это догорает авиаматка «Морской Орел», таки благополучно приткнувшаяся на мель. Стволы мощных орудий в траншеях за Воротами напоминают сломанные спички. Еще дальше пылает роща, где филиты спрятали свои танки — ветер прижимает к земле тяжелый черный дым. Правда, надо сказать, в той роще нет и не было никаких танков, а только две сотни старых автомобилей с включенными двигателями внутри фанерных макетов, покрытых фольгой. И с полсотни бочек бензина для пущего правдоподобия.

Командир молча смотрит, как танки перестраиваются из веера в походный клин. По его мнению — если бы штаб заинтересовало его мнение — вторжение надо начинать немедленно, не мешкая ни дня. Филиты, тьма их побери, умеют воевать. И слишком быстро учатся. И у них уже есть оружие, смертельное для имперских танков…

А сейчас, если опять не станет возражать штаб, он просто спалит дотла ближайшую деревню и снова вернется на полуостров.

Через те же Тороканские Ворота. Это покажет филитам всю тщетность и бессмысленность их сопротивления. А затем, наконец, отработает так давно заказываемый штабом бой в городе — сотрет с лица планеты этот паршивый городок под названием Акес или А-каи-иес, который пришлось сегодня утром оставить нетронутым на правом фланге. И хорошенько почистит весь полуостров — это все, что он еще может сделать, ведь теперь его танковой колонне уже не до новых наступлений: слишком мало осталось танков, да и моторесурс почти полностью выработан — он даже не ожидал, что они пройдут так далеко почти без поломок.

Тем временем горы и обрыв на карте подходят все ближе и ближе друг к другу. В самом узком месте почти весь перешеек перечеркивает глубокий овраг — уже не разберешь, естественный он или рукотворный. Там тоже поработали «Молнии», и валы по краям оврага похожи на детский песчаный замок после того, как по нему прошлись волны. Или на разрушенный город из кубиков.