Время жить. Пенталогия (СИ)

Но что дальше? Как ты попадешь на материк? Без денег, без документов… Да любой местный тебя сдаст, а любой полицейский возьмет и за ручку приведет обратно.

Собеско знал, что так оно и будет. Желающих покинуть лагерь для беженцев хватало, но все они максимум через двое суток возвращались.

— Я знаю! Я знаю, как! — возбужденно прошептал Даксель. — Я записался в рабочую бригаду, их часто отправляют на континент. Там я сбегу или дам взятку. У меня еще есть это кольцо. Оно свадебное, золотое, оно дорого стоит! К тому же, я буду не один. Со мной будет наш Чирр, Чирр Чолль! А хочешь и ты с нами?

— Я?! — Собеско удивленно посмотрел на Дакселя.

 — Но я не могу… У меня…

— Понимаю, — грустно кивнул Даксель. — У тебя здесь Лада.

— Ла-ада, — медленно повторил Собеско. — Знаешь, Дилер, мы ведь совершенно чужие друг другу. И оба это прекрасно понимаем. Нас просто вместе выбросило на берег, словно щепки прибоем… Завтра… Нет, уже сегодня она уходит. Нашла кого-то из старых знакомых через стену объявлений…

— Я не могу уйти отсюда, Дилер. Здесь моя служба. Я…

Собеско вдруг задумался. Последние дни он откровенно тяготился своей должностью старшого по бараку.

Почти все обитатели бывшего склада были жителями одного небольшого городка в южной Граниде. Они привычно подчинялись своему мэру и начальнику полицейского участка, которые реально заправляли всеми делами, и Собеско чувствовал себя лишним.

Не сложились у него отношения и с первыми лицами лагеря — бригадным генералом Симу Койво и его командой. Все они прибыли в Гордану с первым же судном, не успев увидеть массированных бомбежек и потока беженцев, не почувствовав хаоса и отчаяния, оставшихся у них за спиной.

Рассказ Собеско, вместо своей воинской части попавшего за океан, казался им неправдоподобным. Не то, что бы в его словах открыто сомневались, нет, этого не было, но Собеско явно ощущал, что полностью ему не доверяют.

И все же, будь это несколько лет назад, ему бы и в голову не пришло покинуть опостылевшую должность. Где поставили, там и служи. Но после пяти лет эмиграции, после нескольких экспедиций за спиной, когда вокруг только пустыня, джунгли или горы и никакого начальства, он разучился слепо повиноваться приказам. Почувствовал, так сказать, вкус свободы, разболтался на гражданке…

И правда, ради чего ему сидеть в лагере? Чего и зачем ему здесь ждать? У него — нужная и дефицитная в этой стране профессия, он совсем недавно сам был сотрудником горданской компании, кстати, того же «Ренгера».

И разве не поможет ему бывший начальник? Конечно же, поможет! Он поймет, у самого оба деда из Граниды…

— Я бы, пожалуй, отправился бы вместе с вами, — осторожно сказал Собеско. — Только вот…

— Я так и знал, что ты согласишься, — с удовольствием кивнул Даксель.