Время золотое

С тех пор всю жизнь он искал эту волшебную каплю, отравившую его своими небесными переливами. И теперь Градобоеву казалось, что этот бриллиант вот-вот вспыхнет в бокале вина, среди горящих в камине поленьев, в темных, трепещущих безумной страстью глазах президента.

– Как я могу вам помочь?

– Приближаются выборы! Вам на них не победить. Готовится безумная фальсификация! Печатаются фальшивые бюллетени, сбрасываются директивы губернаторам, все спецслужбы, вся пресса, все банкиры и бизнесмены нацелены на победу Чегоданова! Система «ГАЗ-Выборы», этот электронный наперсточник, обеспечит победу Чегоданова и ваш проигрыш.

Вы должны восстать! Объявить результаты чудовищной подделкой! Вывести на улицы миллион граждан! Повести их на Кремль, с требованием отменить результаты голосования. А я, волею президента, отменю итоги выборов. Назначу новые выборы. По закону в этих новых выборах не сможете участвовать ни Чегоданов, ни вы. Я снова выдвигаюсь в президенты. Вы поддержите меня. Став президентом, делаю вас премьер-министром! Это огромное для вас достижение. На этом посту вы пройдете политическую школу, возмужаете, вас узнает мировое сообщество. И на следующих выборах у вас не будет конкурентов! Вы президент!

Все это Стоцкий выпалил страстно, захлебываясь, выталкивая из себя пузыри ярости, мольбы, страха. Его щеки дрожали, из глаз выплескивался фиолетовый огонь, какой бывает у глубоководных существ, внезапно всплывших на поверхность. Градобоев пугался этой откровенности, которая была для него смертельно опасна. Пугался заговора, куда вовлекали его, как в воронку. Но сквозь фиолетовое свечение, в темной глубине водоворота мерещилась драгоценная бриллиантовая звезда.

– Но если толпа пойдет на Кремль, Чегоданов кинет войска. Я не хочу пролития крови, – произнес Градобоев, стараясь владеть собой.

– Есть вещи более важные, чем кровь! – жестоко сказал Стоцкий. – За власть всегда приходится расплачиваться кровью! К тому же Чегоданов не пойдет на пролитие крови. Он трус. Увидев Красную площадь, заполненную миллионной толпой, он сбежит из Кремля. Улетит на голубом вертолете. Американцы запретили ему стрелять в народ. Об этом сказал госсекретарь, прилетев неделю назад в Москву.

Американцы требуют честных выборов. И они их получат, когда мы проведем с вами голосование без Чегоданова!

Градобоева страшило открывшееся пространство, где господствовали грозные силы, к которым он не прикасался доселе. Это был не Интернет с моментальным возгоранием тысяч воспаленных умов, которые гасли столь же быстро, как и зажигались. Это были не митинги с эффектными речами и воздушными шарами над ликующей толпой. Не пресс-конференции и интервью. Не тайные получения денег от анонимных жертвователей.