Запрет на вмешательство

— Меня капитан Щеглов за тобой послал, — пояснил Игнатов, — Как стрельба за нашими спинами началась, сразу понятно стало, что это ты немцам палки в колеса втыкаешь. Тут мне товарищ капитан и говорит: «запомни, сержант, встречаемся в трех километрах за второй развилкой, той, что в лес ведет — Нагулин знает». Ты все понял?

— Понял, товарищ сержант. Мы перед началом операции по карте товарища капитана маршрут отхода планировали, так что куда идти я знаю. Теперь бы еще из этого леса как-то выбраться. Немцы вокруг на ушах стоят…

— Это только к лучшему, — усмехнулся Игнатов.

 — У них там сейчас забот выше крыши. Ты, похоже, убил всего нескольких солдат, зато раненых у них полно. И техника на дороге стоит побитая — один грузовик даже загорелся. Надо прямо сейчас уходить, а то потом они в себя придут, да и поле пересечь до рассвета можем не успеть. Направление только выбрать надо.

— Юго-запад, товарищ сержант, — чуть помедлив, чтобы свериться с данными с орбиты, ответил я, — Метров на триста правее той точки, где вы должны были меня подобрать. Судя по карте, там не так далеко до ближайшего перелеска, а он длинный и тянется почти в нужном нам направлении на несколько километров.

День там пережидать, конечно, опасно, но если поторопимся, успеем еще до рассвета рвануть из него через поле на юг. Только когда к опушке выйдем, снова послушать надо — обстановка быстро меняется.

— Ну, веди, слухач. С грузовиком ты все точно определил. Надеюсь, и тут не оплошаешь.

Двигаясь к опушке леса, я не слишком переживал за успех нашей затеи. Сейчас мы с Игнатовым находились в заведомо лучшей ситуации, чем та, что имела место еще несколько часов назад.

У нас на руках не было раненых и нас не задерживали неопытные плохо подготовленные бойцы, не способные выдержать длительный ночной марш. Зато каждый из нас умел что-то, что выгодно отличало его от большинства немецких солдат, неплохо обученных своим воинским специальностям, но никак не ночной ловле злых русских диверсантов.

Сержант Игнатов имел за плечами солидный опыт разведчика, то есть знал местные условия куда лучше меня, практически бесшумно перемещался по любой местности, неплохо стрелял, метал ножи и владел еще десятком мелких, но важных в своем деле умений.

Ну а я давал ему в руки самое важное для разведчика преимущество — знание о местонахождении и силах противника.

— Нагулин, хорош ветки ломать! Носком проверяй сперва, куда ногу ставишь. Кто тебя учил так по лесу ходить?

— А надобности не было, товарищ сержант, — сосредоточенно ответил я, пытаясь внять совету бывалого человека — сначала ощупывать поверхность носком ботинка, и только потом наступать на нее всем весом, — Я зверей все равно слышу раньше, чем они меня.