Жизнь на двоих

Пожалуйста, простите.

– Да я не сержусь! – почти воскликнула София. Теперь она поверила в искренность императрицы, и ей стало жаль Викторию. Наверное, она действительно сделала все сгоряча. – Ни капли не сержусь. Не думайте вы об этом. И вообще… давайте я лучше вам кое-что покажу.

Она потянула Викторию вниз, заставив сесть на песок, вложила ей в руки палочку, взяла ее ладонь в свою – и стала водить рукой императрицы, быстрыми движениями рисуя на песке лица Агаты и Александра. А когда закончила рисовать и взглянула на Викторию, обнаружила, что та беззвучно плачет.

И улыбается.

– Так здорово, Софи! – всхлипнула она, глядя полными радости глазами. – Как же это, оказывается, замечательно – рисовать их. Ты меня научишь? Чтобы я могла сама… на бумаге…

– Научу, конечно, – ответила София, чувствуя – чего-то она до конца не понимает. Неужели психотерапия так подействовала? Конечно, она должна была подействовать, но не настолько же кардинально! Виктория раньше практически не проявляла дружелюбия, а уж представить, что она извинится за приворот, София и вовсе не могла. Она думала, поездка на море станет пыткой, но этого не случилось.

Хорошо, что не случилось, но… странно это все. Словно раньше Виктория была заколдована, а теперь заклятие спало, и она… да, учится жить, став собой настоящей.

Придя к выводу, что надо поговорить об этом с Ареном, София попросила слуг принести обед.

После быстрого обеда Арен встретился с дворцовым управляющим, с которым он должен был увидеться еще во вторник, но все отменилось из-за загруженности императора. Выслушал краткий отчет о функционировании и проблемах дворца, а затем вызвал к себе Гектора.

– Тебе бы тоже на море, – пробормотал Арен, любуясь на дознавателя, цвет лица которого напоминал его зеленую форму.

 – На тебя смотреть страшно.

– Можно не смотреть, – усмехнулся Дайд. – Я же не картина. Да и не люблю я это пузогрение, вы ведь знаете. Поплавать туда-сюда можно, но целый день на пляже сидеть – не мое это.

– Я помню. Однако в отпуск тебе все-таки надо. Ты сколько времени не отдыхал, напомни?

– Три года. Насчет отпуска есть у меня идея, чтобы не заскучать, но это потом, когда всех заговорщиков переловим.

– У меня появилось ощущение, что мы их никогда не переловим, – поморщился Арен.

 – Столько народу арестовали за последние четыре месяца, а покушение на Агату все равно было.

– Их осталось мало, ваше величество, – сказал Гектор серьезно и посмотрел на императора с сочувствием. – Я полагаю, не больше десяти человек. Много быть не может, иначе информация так или иначе уже просочилась бы к нам, как это произошло в случае с первой волной. Чем больше людей знает – тем сильнее риски.

– Но эти люди наверняка почти все влиятельные.