Красив. Богат. Женат

Узкая… Охренеть, какая она узкая и горячая!..

Порву же к херам собачьим. Малыш, порву же…

- Арсений Рус… ай!.. Арсений… боже мой!..

- Расслабься, Марин…

- Мне нравится!

Осторожно двигаю пальцем, стиснув зубы. Терплю пожар в трусах, потому что хочу максимально обезболить ее. Растираю изнутри, а потом добавляю второй палец. Чувствую, как ногти Маришки вспарывают кожу головы.

Ощущения не из приятных, но мне дико нравятся. Делаю несколько толчков пальцами и пробую ее немного растянуть.

Сука… так узко…

Тело подо мной немного напрягается, и я сразу прекращаю попытки и сосредотачиваю внимание на крохотном клиторе.

Целую в губы и принимаюсь нежно его массировать. Марина издает протяжный стон."

"- Ножки раздвинь… расслабь колени… не стесняйся меня.

- Да… хорошо.

- Кончала?..

- Да, - кивает, быстро облизывая губы.

- С кем?

Сам превращаюсь в каменное изваяние, потому что мысль о том, что кто-то трогал ее до меня, приходится ударом под дых и взрывом нерациональной ярости.

- Ни с кем… - шепчет на грани слышимости и прячет от меня глаза в сгибе своего локтя.

Ни с кем. Верю ей, но все равно наказываю грубым толчком. Марина, замерев на секунду, вдруг раскидывает руки в стороны, распахивает глазищи и начинает кончать.

Безмолвно открывает рот и обхватывает мои пальцы тугими спазмами.

От такого зрелища я едва сам преждевременно не эякулирую. Обхватив ее горло рукой, жадно впитываю каждую эмоцию.

Будто это первая женщина, что испытала со мной оргазм.

На пару с ней задыхаюсь и непроизвольно дергаю бедрами с каждым ее спазмом.

Обхватив ладонью подбородок, целую губы, не могу удержать, чтобы не прикусить немного.

Маришка, громко всхлипнув, обвивает руками мою шею.

Пора.

В виски ебашит пульс, лоб испариной покрывается.

Вынимаю из нее пальцы и быстро избавляюсь от трусов. Взгляд Малыша проясняется, но паники, страха в нем нет.

Она готова и уже точно не передумает. Я тем более.

- Расслабься, ладно?..

Молча кивает и пробегается языком по губам.

- Может быть больно.

- Я знаю… - шепчет Марина, - я готова, Арсений Рустамович.

Пах простреливает молнией.

Обхватив ствол рукой, направляю его к входу. Упираюсь головкой в сочную мякоть и шиплю сквозь стиснутые зубы.

Желание оказать в ней выкручивает кости, но я не спешу. Скользя между губок, увлажняюсь, и, наконец, начинаю медленно проникать внутрь.

От тесноты и жара из глаз сыплются искры. Похоть рвет затворы и срывает тормоза. Всего один рывок, и все…

Но нет…

Прижавшись открытым ртом к ее скуле, двигаюсь дальше. Маришкино дыхание начинает учащаться, обнимающие меня руки деревенеют. Я упираюсь в преграду.

- Больно?

- Терпимо… - выдыхает она, - Арсений Рустамович… сделайте это.

Крепко зажмурившись, я врезаюсь до упора. Малыш глухо вскрикивает. Оба замираем.