Мой бывший предатель

И я… Я чувствую себя на удивление хорошо. Когда нет давления, бури внутри, а как-то спокойно и гладко всё идёт.

Кирюша щедро делится со мной сладкой ватой. Точнее, он просто объелся, а мне достаётся лишнее.

Но я всё равно радуюсь. Отщипываю кусочек, с наслаждением отправляю в рот. Сладость тает на языке, заставляя зажмуриться от удовольствия.

Как мало нужно для счастья.

Я заливаюсь румянцем, стоит открыть глаза. Кирюша крутится на руках у Саввы, а тот… Тот смотрит на меня.

Его ореховые глаза словно светлеют. От лучиков солнца или ещё чего-то. Мужчина не отводит взгляд, даже когда я ловлю его.

Его внимание словно мягкими волнами касается кожи, заставляя щёки гореть ещё сильнее. Мне неуютно, но и отвернуться я не могу, почему-то.

В глазах Саввы смесь уверенности, наслаждения и чего-то тёмного, почти болезненного.

— Что? — я не выдерживаю. Иду в нападение, чтобы скрыть смущение. — Что не так?

— Ничего, — он чуть усмехается. — Красивая ты. Купить тебе ещё?

— Обойдусь.

Я бормочу. Отворачиваюсь, будто это поможет унять странное покалывание в груди.

Выбрасываю палочку в урну, двигаюсь вперёд.

Но далеко у меня уйти не получается. Савва легко догоняет, а после и Кирюша просит остановиться. Его заинтересовали львы.

Я облокачиваюсь на ограждение, рассматриваю хищников через сетку.

— Кися, — Кирюша указывает пальчиком. — Можно погладить?

— Это опасная кися, — улыбаюсь я. — Она может очень сильно ранить.

— Почему?

— Потому что у неё на лапах длинные когти. Укусит вот так…

Я впиваюсь ноготками в живот сына. Через курточку ничего не ощутимо, но Кирюша тут же визжит и заливается смехом.

Он прижимается к Савве, будто ищет у него спасения.

А я замираю удивлённо. Озарение кувалдой падает на голову.

Ох. Кирилл не особо жалует новых людей. Но он уже вычеркнул Савву из списка «чужих», привык к нему. Видит защитника в нём.

— Ну мам, — сын недовольно пыхтит. Сам ко мне тянется. — Кусь.

— Кусь, конечно, — мой голос подрагивает. — Вот так?

Я беру себя в руки, посвящаю всё внимание сыну. Полезный навык — уметь переключаться. Потом думать буду.

Но моя заминка не остаётся незамеченной. Стоит сыну направиться к голубям, как Савва сжимает моё предплечье.

— Что не так? — уточняет он.

— Всё так, — я расправляю плечи. — Но… Савв, если ты захочешь уйти… Лучше сделать это сейчас. Кирилл привыкает и потом ему будет плохо.

— Я никуда не уйду. Никогда. Я больше не оставлю вас.

— Сына. Не оставишь сына.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я бросаю взгляд на Савву, пытаюсь добавить ледяного нажима в голос. У меня получается, но мужчину это мало интересует.

Он делает шаг ко мне, оказываясь слишком близко.